Избранные произведения. II том
- Автор: Кирнан Кэтлин Р., Берлсон Дональд
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Василий Николаевич Дорогокупля
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения. II том». Краткое содержание книги:
Данное издание представляет собой сборник разных авторов, составленный С. Т. Джоши, виднейшим авторитетом по творчеству Лавкрафта. В нём представлены произведения таких мастеров «литературы тревожного присутствия», как Рэмси Кэмпбелл, Кейтлин Р. Кирнан, Майкл Ши, Майкл Маршалл Смит и др.
Доктор Мейсон закончил изучать экран своего компьютера. Раздался щелчок, за которым последовал стук клавиш и еле слышимый звук прокручиваемого колесика мыши. Я поерзал в кресле, тоже специальной модели: его цельнометаллическая конструкция была обложена поролоном и обшита немаркой синей тканью. Чтобы никакого там треска в стыках или скрипучей кожи.
«Оцифровано всего ничего, — сказал он. — Есть еще кто-нибудь?»
Почерпнув смелости из своих заранее подготовленных заметок, я продолжил:
«Зато все есть в печатном виде. Как раз в прошлом месяце вышел двадцать пятый том его «Собрания писем»».
Доктор Мейсон читал что-то на экране, скорее всего письмо, но я знал, что он меня услышал. Я также знал, что он ждет, пока я перейду к главному, поэтому решил отклониться от своих записей и добавил:
«Я бы мог их отсканировать».
И в надежде затаил дыхание.
«Это займет по меньшей мере недели три», — ответил он, бросая взгляд на монитор справа, где компилировалась последняя версия программы. Готовность на тот момент составляла 32 процента.
«Можно привлечь студентов. Тогда и за неделю управимся», — выпалил я на одном дыхании. Сосредоточь доктор Мейсон на мне все свое внимание, мое смятение не осталось бы незамеченным.
Он глянул на меня, слегка прищурив левый глаз. В бледном мерцании монитора игра светотени на его лице придала ему сходство с изображениями на гравюрах.
«Что именно заставило вас остановиться на нем?» — поинтересовался он.
Ответ на этот вопрос был у меня уже готов. Я знал, что Мейсону дела нет до того, почему я считал Лавкрафта самой подходящей кандидатурой. Его интересовала моя оценка неврологических процессов, которые позволили исключить другие варианты. Я бросил взгляд на свои заметки и объяснил:
«С Лавкрафтом я познакомился совсем ребенком благодаря брату. Наши пути тогда еще не разошлись. Лавкрафт возвращает меня в старые добрые времена, и я неплохо разбираюсь в его творчестве. Именно поэтому, по причинам личного характера, мне интересны его письма, и я бы хотел узнать о нем побольше».
Я понимал, это не совсем то, что интересовало доктора Мейсона, но мне все равно хотелось объясниться. Он же просто смотрел на меня, возможно пытаясь понять, что у меня на уме. Пробежав еще одним, последним взглядом по своим запискам, я сказал то, что он хотел услышать:
«Многократность воздействия, в сочетании с базовой человеческой потребностью в разрешении противоречий и хорошим знакомством с данным предметом, склонили меня в пользу решения, которое я уже про себя признал лучшим, одновременно исключив из рассмотрения другие варианты равного или более выдающегося достоинства. Вдобавок Лавкрафт писал о чудовищах, а это круто».
Уголки его губ слегка растянулись в полуулыбке, а в глазах вспыхнул огонек.
«Крутизна — весомый фактор», — заметил он и одобрительно кивнул.
Его почти незаметная улыбка отразилась в моих глазах и, скользнув ниже, переродилась в широкую ухмылку уже на моем лице.
«Я зайду в систему межбиблиотечного абонемента и размещу соответствующие заявки», — объявил я с таким видом, будто этого еще не сделал, и, закрыв ноутбук, молча выскользнул из кабинета.
— А через месяц вы приступили к работе. Вы помните свой первый успешный сеанс тестирования?
— Да.
Помню голос доктора Мейсона по селектору в испытательной лаборатории. Я сидел в кресле оператора и жаловался, что слова сменяются чересчур быстро. Он посоветовал мне расслабиться и не пытаться угадать, какое из них будет следующим. Слова замелькали все быстрее, пока я окончательно не потерял всякую возможность думать наперед. Сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.
Единственным источником света в комнате служил расположенный прямо передо мной тридцатидюймовый экран, на серовато-белом фоне которого с головокружительной скоростью сменялись слова, набранные крупным жирным шрифтом Times New Roman. Я начал быстро считывать текст с экрана: «ЯЗЫК ЛЕКСИКА ИДЕИ ОБРАЗЫ ВСЕ ПОДЧИНИЛОСЬ ОДНОЙ ДОВЛЕЮЩЕЙ ЦЕЛИ МЫСЛЕННО ВЕРНУТЬСЯ В МИР ЗАВИТЫХ ПАРИКОВ И ДОЛГИХ SS КОТОРЫЙ ПО НЕКОЙ СТРАННОЙ ПРИЧИНЕ КАЗАЛСЯ МНЕ СОВЕРШЕННО НОРМАЛЬНЫМ».