Напарники поневоле

Ее край юбки был разорван, а ладонь перевязана...

– Что у тебя с рукой?

Но она, не обращая на меня никакого внимания, молча подошла к столу Магнуса, заглядывая в книгу.

– Не успел, – заключила она, когда ее глаза бегло пробежались по написанному тексту.

Я заглянул через её плечо, и мысленно выругался. Вальберти пытался призвать демона в тело Мэйлин. И, судя по всему, не успел завершить начатое. Но все же мне нужно было это проверить.

Резко повернув ее к себе, я заглянул в голубые, словно стеклянные, глаза.

– А расскажи мне о Дьяволе, – хрипло прошептал, зная, что при упоминании имени Хозяина, в глазах демона обычно на миг вспыхивает огонь.

– Он сейчас передо мной, – парировала Мэйлин, и оттолкнув меня, двинулась к двери. – Другого я не знаю.

Я усмехнулся. Значит действительно Вальберти не успел завершить ритуал.

– Это было опасный и опрометчивый поступок, мисс Брукс, – произнес, когда догнал ее на лестнице.

Я старался говорить спокойно, хотя моим самым большим желанием было встряхнуть ее, как следует, и накричать. Высказать ей все, что я думаю о ее глупом поступке.

Но видя ее состояние, не решился.

– У него был облик моего отца, – отрешенно ответила она, спускаясь по лестнице.

Я остановился на ступенях. Одна фраза – и мне стали ясны все ее порывы.

– Расскажите мне все? – я снова догнал ее, и едва смог отвести взгляд от соблазнительной пятой точки, пока она выбиралась на улицу через окно.

Мэйлин, оказавшись на свободе, жадно вдохнула вечерний свежий воздух.

– Когда отправляется дилижанс до столицы, мистер Уэйд? – проигнорировав мой вопрос, она неспешно двинулась вперёд, не удосужившись подождать меня.

– Мэйлин, ответьте на мой вопрос.

Я снова догнал ее и чувствовал себя… Глупо. Так, словно сейчас навязываюсь ей, а она пытается избежать моего общества.

– Когда дилижанс? – твердила она, ускоряясь.

И я не выдержал.

Обхватив ее за плечи, я резко повернул ее к себе, вглядываясь в красивое, но измученное лицо. Под глазами залегли синяки, а сама она, казалось, осунулась. Не было ни живого блеска в глазах, ни вздернутого кверху носа.

– Расскажи мне, что случилось.

Наши взгляды столкнулись. Мой виноватый и ее – уставший и измученный…

И я боролся с этим диким желанием прижать ее к себе, боясь того, что она снова заплачет.

– Этот чернокнижник убил моего отца и украл его облик. Вам нужны ещё объяснения?

– Как долго ты там просидела?

– С ночи.

Дьявол! Я чувствовал себя полным идиотом, и даже не хотел думать о том, что испытала она, просидев столько времени там, изучая глазами тело преступника в облике родного отца.

Сколько противоречивых чувств она испытала?

Так вот чем объясняется ее внезапный порыв в театре… Она увидела того, по ком так тосковала. Увидела – и сдержала себя в руках.

Но сколько должно быть в этой женщине силы, чтобы так безжалостно нажать на спусковой крючок, когда перед глазами облик родного человека? Я на миг задумался о том, а смог бы я это сделать, если бы, например, черный маг взял облик Ви?