Идеализм-2005
- Автор: Макаров Алексей
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: moloko plus
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Идеализм-2005». Краткое содержание книги:
«Продолжать восстания, начатые задолго до нас», — так объясняет автор выбор жизненного пути, приведшего его в партию. «Идеализм‑2005» — это также и книга об исторической мистике, которой был очарован семнадцатилетний нацбол Макаров. И поэтому в книге упоминаются не только Лимонов, Путин, бывший начальник его охраны, а ныне командующий Росгвардией Золотов, но и революционеры прошлых лет Михаил Соколов, Владимир Мазурин, Иван Каляев.
Алексей Макаров с 2006 по 2008 год находился в заключении по обвинению в участии в драке около Таганского суда. После освобождения из-за угрозы нового уголовного преследования Макаров эмигрировал в Украину. Участвовал в деятельности организации украинских левых националистов «Автономное Сопротивление».
Весной 2010 года Макаров вновь оказался за решеткой по обвинению в нападении на одесский телеканал АТВ, принадлежавший пророссийскому политику.
В 2011 году Алексей Макаров получил статус беженца в Швеции. По своим политическим убеждениям автор книги в настоящее время является анархистом, в его планы входит скорое возвращение в Россию.
Мы шли на акции и в тюрьмы за нашу мистику.
Толпа нацболов устроилась на кухне, кто чай пьет, кто бомж-пакет заваривает. Утро перед акцией.
— Блять, потише давайте, — Лена наводит порядок.
— Потише, вам Лена говорит! — Риза помогает поддерживать дисциплину.
— Короче, кто готов, начинайте выдвигаться потихоньку, — продолжает а то от вашего шума соседи мусоров вызовут. Дарвин, Молдован, хватит ржать!
— Да, поняли, — отзывается виноватый голос.
— Леха, бери первую группу. Сквер ведь ты помнишь? Там встречаемся. Этих двоих забери, — заместитель командира Московского отделения показывает на провинившихся.
— Понял. Риза, пошли. Кто еще с хавкой и чаем закончил, тоже сюда, в прихожую подтягивайтесь.
— Да, идем!
Восемь нацболов, парни и девушки, быстро натягивают куртки.
— Как выйдем, сразу на две группы делимся. Я с ними, — показываю на Дарвина и Молдована, — Риза, ты с остальными. Нас из виду не упускайте.
— Понял, — кивает маленький азербайджанец.
— Мы ж не хотели, мы не специально, — Серега Молдован продолжает извиняться.
— Да все нормально. Пошли, пошли.
Мы спускаемся в январский мороз.
— Леша, хватит под Рому Попкова косить, — язвит вновь повеселевший Дарвин, — ты уже давно жестикулируешь как он, а теперь и походку начал копировать.
— Давай не говори дохуя.
— Да я все, молчу.
Пробирающий до костей январский ветер прекращает разговоры.
Пока ждем на веранде в сквере остальных, замерзаем окончательно, так, что пальцы ног не чувствуются. Всей толпой согреваемся подпрыгиваниями. На улице — ни души, от кого скрываться?
— Прорываться сейчас заебись, там тепло, — говорит Риза.
— Да скоро уже…
— Ухи, мои ухи мерзлые, — Молдован прыгает и растирает мочки ушей. Мы хохочем над ним.
Подтягиваются Лена и все остальные — одной толпой. В руках у Ильи из Кемерово две баклажки синего «Очаково».
— Мы тут бухаем типа, — поясняет он.
— Легенда подводит, сейчас даже морж ебанутый на улице бухать не станет, — смеется Риза.
— Это да.
— ГАЗ, Горьковский автозавод, — Лена начинает последний инструктаж, — все ведь знают? Хорошо. Дерипаска увольняет сорок тысяч рабочих, это вы в курсе уже. По делу. Захватываем заводоуправление. Прорыв через охрану, и на второй этаж. Там закрепляетесь. Листовки, фаера, вот матюгальник. Текст листовки надо прочитать. Леха, матюгальник ты возьмешь?
— Да, — засовываю мегафон в рюкзак.
— Разбирайте фаера с листовками. Пропускной пункт там серьезный довольно, кто покрепче, встаньте в конце, отбиваться придется.
— Мы пойдем, — Молдован и еще три крепких регионала поднимают руки.
— Замечательно.
— Сходу там охрану как-нибудь отвлеките — и на прорыв. Леха, ты знаешь.
— Знаю.
Лена отходит в сторону, созванивается с разведкой.
— Все, выдвигайтесь. Так же, группами. Там, на месте — ориентируйтесь на Леху, как он начинает идти, все подтягиваетесь. Леха, ты командуешь там, внутри.
— Ясно.
— Все тогда. Удачи, — Лена молчит пару секунд, — Да, Смерть!
— Да, Смерть!
Через полчаса мы стоим напротив бело-оранжевого здания в стиле хай-тек. Рядом со мной Дарвин. Неподалеку, под высокими декоративными елями ждут остальные партийцы. Журналисты какого-то телеканала распаковывают камеру.
— Пора! — подхожу к Ризе. Он и три девушки из его группы идут вслед за мной и Дарвином ко входу.
Остальные полтора десятка быстро к нам подтягиваются. Теперь мы — плотно построенный отряд, готовый к слаженным действиям. Кто нас остановит?
Дергаю на себя дверь.
«Смелость, смелость и еще раз смелость, и Франция будет спасена», — говорил якобинец Дантон. Смелость и полная невозмутимость. Делай свое дело.
Быстрыми шагами подхожу к турникету-вертушке. В стеклянной будке сидят два секьюрити. Бритые затылки, костюмы, как у Джеймса Бонда.
— Куда? — булькает вопросительно один из них.
— На экскурсию.
— Не положено, — Джеймс Бонд чешет репу.
— На не положено хуй наложено, слыхал?
Перепрыгиваю под носом у охранника через турникет и бегу по лестнице на второй этаж. Нацболы несутся за мной. Замыкающие оттесняют пришедшую в себя службу безопасности.
Группируемся на втором этаже. Внизу — крики в рации.
— Туда! — показываю дорогу.
Бежим по коридору к окнам.
Большой холл. В креслах вертят головами переполошенные сотрудники заводоуправления ГАЗ, упитанные типы в брюках и накрахмаленных рубашках.