Мир, которого нет (СИ)

Койоны, которые ведут кочевой образ жизни, нагло зашли в земли По. Именно тогда союз впервые спас всех. Совсем недавно она смогла присоединить и волкийцев из Вульфорга, но те, ссылаясь на жуткий писк, просили советницу больше не приезжать. Король, решив, что женщины талантливые политики, привлёк в совет ещё одну особу, но оказалось молния не бьёт в одно место дважды. Советница получила собственные земли во владение, и недавно она похоронила отца, унаследовав ещё и второе графство, что очень раздражало её мужа, который резко отставал в таланте и влиянии.

Сама Тейра, как полагается единственной дочери богатой семьи, ни в чём себе не отказывала, выкупала наряды на все случаи жизни, дорогие украшения и прочие подобные вещи. Несмотря на ветреный характер, девица умная, обучена грамоте, военному знанию, северному, койонскому и волкийскому языкам. И если смотреть по меркам тинторов — очень красива и привлекательна. Всё это, ни секунды не скрывая, выдала советница короля. У неё умница дочь — Сильва.

В дороге Иртон изучал карту и пытался понять, где они находятся, хоть это и было не обязательно. Если доверять Маире и Зверю, эта дорога ведёт до перевала, а карта нужна за ним, когда дорога резко оборвётся. Вот только такой карты нет.

Не так давно они добрались до леса. Иртон приметил, что лес хвойный, а в воздухе веяло свежестью. Непередаваемый таёжный аромат, Иртон вдыхал его полной грудью и пьянел, в хорошем смысле. Местность из равнины перешла в холмы, а спустя ещё сутки пути — в лес. Дорога и вовсе пошла вверх под углом. Дружинники снарядились теплее, а Зверь насторожился и перебрался к ним, двигаясь верхом на пегом в масле мерине. Карета поднималась в горы всё выше, и вот настал день, когда на земле появился — снег.

Остановились на очередной привал, заснеженная дорога уходила в горы и сужалась.

«Мне кажется, скоро карета перестанет помещаться на дороге», — подумал Иртон.

Ущелье — бездонная пропасть, совсем рядом. На высоте, где уже нет леса, воздух казался легче, не перенасыщен ароматами, студёный и свежий, а горные виды заставляли душу трепетать.

Расположились по настоянию Маиры около входа в заброшенную шахту. Тейра увидела снег, который очень любила, кувыркалась в нем, кидалась, бегала, прыгала и смеялась, как ребёнок. Этот снег ещё был приятным, в то время как Зверь постоянно причитал о суровых морозах, что уже недалече.

— Маира, что это за шахта? — спросил Иртон, закутавшись в тёплый тулуп.

Стражники развели костёр и принялись накрывать на стол. Тейра была графиней и одновременно воеводой, к ней отношение было особым на протяжении всего пути.

— Я увидела, что она есть на старой карте, но что это, я не знаю, — ответила Маира, вглядываясь в пустоту шахты. Она нервничала, и шахта её сильно волновала.

— В древние времена, ещё до «Бойни». Эти земли принадлежали волкийцам, а в этих горах добывали железо и уголь. Возможно это одна из таких шахт, — ответил Зверь, почёсывая за ухом.

— Посмотрим? — предложила Маира, сверкнув глазами.

— Почему бы и нет, — согласился Зверь. Он первым пошёл к входу в шахту. Всё заросло вьюном и каким-то мхом, а пещера уходила глубоко вниз. Проложены ржавые рельсы, а местами весели масляные фонари. Из непроглядной пустоты шёл лёгкий сквознячок, и веяло каким-то ужасом, наверное, из-за заброшенности шахты. Зверь пытался зажечь лампу, но с годами всё пришло в негодность. Из-за его спины появилась Тейра с двумя яркими фонарями.

— Так что, вперёд? — спросила она, мигнув десятке вояк на входе.

Иртон изучал вход, но ничего особого не увидел, кроме деревянной таблички. Надпись привычно стала шевелиться и переливаться, пока ни превратилась в текст, который Иртон вполне мог прочесть.

«Опасность. Рогаш. Не тревожить».

— Что ты говоришь? — переспросил Зверь Иртона, спускаясь глубже в шахту.

— Написано, что не тревожить! — закричал Иртон, его слова эхом улетели в шахту. С поддерживающих деревянных стропил осыпалась застарелая пыль.

— Не кричи ты так, хо-хо, — радуясь, как девочка, Тейра побежала за Зверем. Иртону было жутковато идти туда, но любопытство победило страх. Уходя всё ниже, натыкались на кирки, лопаты, брошенные вёдра. Он догнал стражников, которые обсуждали жуткие истории, которые слышали про, заброшенные, шахты, обозначенные табличками.