Мир, которого нет (СИ)

Глава 25

***

Сагарат стоял посреди поля. Время замерло вокруг. Он видел морду Зверя, застывшую в рыке, замерший огонь. Свои руки, что он опустил в ударе. Шагнул вперёд, но отскочил тут же, поняв, что прошёл сквозь волкийца. Мир замер. Время… Перед Сагаратом появилась девушка, сбросившая с головы белый как снег капюшон. Она не была прекрасной, как ангел, но завораживала, она была словно чудом. Лицо доброе и открытое. Огненно-рыжие волосы струились до ягодиц. За спиной был серебряный колчан с одной единственной стрелой, а в руке она крепко сжимала красивый резной лук, цвета седой лошади с тетивой из золотого шнура. Она улыбнулась, продемонстрировав ровные белые зубки, тогда Сагарату спёрло дыхание, словно из него забрали последний вздох. Девушка подошла вплотную, прижалась грудью и бёдрами к владыке, свободной рукой направила его лицо и страстно поцеловала. Через поцелуй, из него ушли ощущения, но последнее, которое он запомнил, было огненной пылкой страстью. Он словно опустел, стал лёгким как будто земля больше не держала его. Девушка отошла и улыбнулась. На лице владыки проступило сожаление, а из глаз просочились слёзы — последние, больше он не заплачет по-настоящему — никогда.

— Хочешь увидеть, как ты умер? — спросила девушка. Сагарата затрясло, из его груди торчал зазубренный наконечник белоснежной стрелы. «Сагарат Ле Валет» — переливались слова, изящно вырезанные на черенке.

Владыка повалился на колени. Медленно повернулся. Его тело стояло, занеся магическое лезвие над головой Зверя, а за его спиной была Сола, приставив на вытянутой руке дуло пистолета к затылку Сагарата. Она была прекрасна, на глазах её блестели только навернувшиеся слёзы, но взгляд был точным и уверенным. Владыка не понимал, за что и почему, ведь она же любила его. Искренне любила, не могла, ведь, по-другому… Он снова поймал её взгляд, холодный и решительный. «У неё просто не было выбора…»

— Я бы не хотела видеть, что случилось потом, — произнесла девушка. Душа Сагарата трепыхалась, он обнял сам себя. Взмолился Огненному Орфею, прося прощения у духов и всех Богов каких знал.

— Простите, простите… Простите меня… Я этого не хотел. Простите! — закричал он Соле и Зверю, обнял их по очереди. Украдкой, стыдливо посмотрел на тело древнего существа, кровь, сочившаяся из ран которого, была старше самой истории. Знания дракона были бесконечны.

— Прости меня, если сможешь, — владыка отвёл взгляд.

Откуда-то прибыла вода, набравшись по щиколотку. Сагарат и Смерть стояли посреди бескрайнего океана, со спокойной как зеркало, чистой водой.

— Ты этого и в самом деле не хотел, — Смерть пожала плечами, — Интересно, как бы сложилась твоя жизнь, если бы я не вмешалась?

Девушка спрятала свою голову под капюшоном. Замок, лес, островки былого мира постепенно потонули в воде, а Сагарат оставался погружённым по щиколотку, словно стоял на стекле.

— Что значит — «не вмешалась»? — губы души тряслись. Было страшно и одиноко. Холодно, очень холодно.

— Никак бы не сложилась, Хабарил готовил для него сковородку, — произнёс Вельзевул. Он пришёл по воде, чисто вымыт, опрятно и празднично одет в длинный пиджак и прямые брюки чёрного цвета, белой сорочкой на золотых запонках, увенчанных изумрудами.

Из-за горизонта показался огромный галеон под чёрным парусом, на воде пошла рябь, задул ветер. Корабль шёл быстро, прыгая на низких волнах, что сам же и поднимал. Слышно было пьяные, весёлые песенки матросов с палубы и хриплый смех скелета в пиратском кителе да шляпе треуголке. Он курил трубку, дымя всем телом. Смерть тоже стала скелетом, а рыжие волосы вспыхнули через капюшон, как свеча. Глаза Вельзевула мелькнули красными вспышками, из-под нижнего века, точно по середине пробежали две алые полоски, окончившись под клювом. Капитан Мёрдок бросил верёвку с палубы, петлёй угодив точно на шею Сагарату, и затащил грешника на корабль. Он заразительно звонко и хрипло смеялся во весь рот. И галеон, мелькнув надписью: «Дикий Гусь», — устремился к горизонту подгоняемый, всегда, попутным ветром.

— Смерть.

— Да.

— Почему?

— Мне было жаль его. Его судьба должна быть другой.

— Хаку не нарушал сценария…

— Именно.

— И Маира привела избранного прямо к Сагарату, как договаривались.

— Хаку великолепно всё продумал.

— Передашь ему, что настала моя очередь защищаться?

— Я могу, конечно, а почему не сам?

— Мне горестно.

— От чего же? — Смерть улыбнулась.

— Я убил его… Мне стыдно. Кажется, я его любил… Так пусто без него.

Смерть улыбнулась ещё шире, если голый череп способен улыбаться шире. Казалось, что она издевается. Безмолвно подняла руку Вельзевулу и вложила ему последнюю стрелу из своего колчана. Изящным шагом, виляя бёдрами, она ушла в закат, медленно растворяясь в воздухе. Вельзевул посмотрел на стрелу и довольно улыбнулся, вытерев скупую слезу. Стрела растворилась и белой пылью просыпалась сквозь пальцы в воду.

«Рогаш Стальная Чешуя».