Актрисы старой России. От Асенковой до Комиссаржевской
- Автор: Шахмагонова Александра Николаевна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8092-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Актрисы старой России. От Асенковой до Комиссаржевской». Краткое содержание книги:
Любовные коллизии показаны на фоне творчества знаменитых служительниц Мельпомены, страдавших в XIX веке от предрассудков светского общества, ограничивающих их свободу при выборе спутника жизни.
Стасов впоследствии вспоминал:
«В зимние месяцы 1854–1855 гг. Глинка занялся музыкальным образованием контральто русской оперной труппы Д. М. Леоновой, которой голос ему нравился… Занятия Глинки с Леоновой имели ещё другой результат: они привели его вскоре к мысли предпринять сочинение новой оперы».
А Михаил Иванович с восторгом писал своей сестре:
«За восемь уроков Дарья Михайловна выучилась так петь, что ты её не узнаешь. Просто будет примадонной».
Фантазия любви
Незаметно отношения Михаила Ивановича Глинки со своей ученицей Дарьей Леоновой вышли за рамки учителя и ученицы. Михаил Иванович был очарован, увлечён и посвятил «Вальс-фантазию», затем цыганскую песню «Я пойду, пойду косить».
А потом началась работа над романсом «Утешение» на стихи Василия Андреевича Жуковского.
Подбор стихотворений понятен. Композитор не пишет слов, но для музыки подбирает те тексты, которые ложатся на душу. Стихи отражали его душевное состояние после перенесённых любовных драм.
Ну а потом они вместе занялись романсом на стихи поэта Антона Дельвига «Не говори: любовь пройдёт», написанные в 1823 году.
Михаил Глинка подписал своей ученице первое издание своих романсов, подписал тепло, искренне:
«В знак уважения моего к вашему таланту и постоянству, с которым занимаетесь вы усовершенствованием вашего прекрасного голоса, прошу принять полное собрание моих романсов и хранить их в память вашего учителя».
Несмотря на то что Глинка увлёкся своей ученицей, но не спешил развивать своё увлечение. Да и Дарья Михайловна старалась держаться спокойно, сдержанно. Из её воспоминаний трудно понять, испытывала ли она к невезучему в любви композитору какие-то чувства, кроме уважения и почтения, кроме благодарности за помощь, за обучение…
Певица работала много и плодотворно. В тот же период она подготовила партию Марфы в опере Модеста Мусоргского «Хованщина».
Однако, расточая ей похвалы, Михаил Иванович Глинка не уставал повторять, что необходимо продолжать образование. Он не раз говорил ей о необыкновенном исполнении русских песен. Неудивительно, ведь раннее детство Дарьи Михайловны прошло в русской глубинке, в деревеньке Рыжкове Селижаровского уезда Тверской губернии. Именно там среди необыкновенных пейзажей Поволжья она сначала, затаив дыхание, слушала, а затем и распевала с крестьянками напевные народные песни. Глинка советовал учиться за границей. Он рекомендовал в учителя немецкого и французского композитора и педагога Джакомо Мейербера (1791–1864).
Концерта вам не будет
Ну а пока дома, в своём родном театре, Дарью Михайловну ждали события, не всегда радостные и приятные. Начиналось как будто бы всё неплохо, и она даже не ощущала закулисных интриг, сплетен, пасквилей и нападок коллег, которые свели в могилу актрису Варвару Асенкову.
Но жизнь ведь течёт не всегда ровно — бывают взлёты и падения, случается, что человек попадает в хороший, добрый коллектив, но вдруг совсем неожиданно происходят какие-то изменения, и всё доброе летит в тартарары.
На самом пике карьеры подстерегали беды. Дарья Леонова вспоминала:
«В промежуток времени от 1851 по 1853 год переменился начальник репертуара; Семёнова заменил Фёдоров. И вот с поступления его на эту должность начались мои неудачи по театру; путь мой покрывался терниями все более и более! Причиною этого было то, что я имела несчастие понравиться Федорову, а между тем он узнал, что я выхожу замуж. Он почти прямо объявил мне, что будет врагом моим. И действительно, что бы ни предполагалось в мою пользу, ничто не удавалось. Начальник репертуара — это, можно сказать, все в театральном мире, и в нем-то я имела моего главного врага. Фёдоров, при всяком удобном случае, загораживал мне путь».