Патриарх Кирилл. Биография. Юбилейное издание к 75-летию со дня рождения

В храм Рождества Пресвятой Богородицы при Представительстве, весьма скромный по своим размерам, поначалу ходило очень мало людей. Но постепенно он стал наполняться прихожанами. Несмотря на то что контакты между служителями Церкви и посольскими работниками не поощрялись (за исключением предусмотренных протоколом), молодому и общительному архимандриту удалось наладить личный контакт с некоторыми сотрудниками посольства, в том числе весьма высокопоставленными. Среди них были и верующие люди, вынужденные скрывать свою религиозность: «В 70-х годах я нес послушание в Женеве, — вспоминает Патриарх Кирилл. — И однажды ко мне обратился один из высокопоставленных дипломатов, советский человек, партийный: „Могу я вас о чем-то попросить?“ А потом добавил: „Имейте в виду, что если кто-то узнает о нашем разговоре, на этом закончится вся моя карьера и, наверное, весь мой жизненный успех, все прекратится. Так что полностью вверяю свою судьбу в ваши руки“. Я ему сказал, что он может не беспокоиться. Тогда он попросил обвенчать его с женой. Этот человек занимал очень высокое положение. А через короткое время, может, недели две-три прошло, ко мне пришел другой сотрудник посольства, который тоже занимал очень высокое положение, и попросил меня сделать то же самое. И также предупредил, что очень рискует. А затем попросил меня сделать так, чтобы никогда об этом не узнал тот, которого я венчал до него. Потому что, с его точки зрения, это был самый опасный человек из тех, кто мог ему навредить. И тогда я подумал: Господи, мы же живем в Королевстве кривых зеркал! Два православных, которые, может, были бы близкими друзьями, разделены страхами идеологии и предрассудками»[100].

Архимандрит Кирилл активно участвовал во всех мероприятиях Всемирного Совета Церквей. В 1975 году он стал членом Центрального и Исполнительного комитетов ВСЦ и вплоть до 1998 года работал в этих руководящих органах Совета, не пропустив ни одного заседания. В первой половине 70-х годов архимандрит Кирилл становится постоянным участником богословских диалогов Русской Православной Церкви с инославными конфессиями.

Отношения Русской Церкви с ВСЦ были далеко не простыми. В 1948 году на Совещании православных Церквей в Москве было принято решение об отказе от участия в этой влиятельной международной христианской организации. Только спустя десять лет, после тщательного изучения тех возможностей, которые эта международная трибуна давала для свидетельства о Православии и для защиты Русской Церкви от нового этапа гонений со стороны государства, было принято принципиальное решение о возможности участия в ВСЦ.

30 марта 1961 года Священный Синод постановил «считать вступление Русской Православной Церкви в ВСЦ своевременным»[101]. В 1961 году, на III Ассамблее ВСЦ в Нью-Дели, Русская Православная Церковь стала его полноправным членом. Примеру Русской Церкви последовали и другие участники Совещания 1948 года.

При вступлении в ВСЦ православные Церкви сделали заявление, в котором четко изложили православное ви́дение христианского единства: «Православные не могут принять идею равенства деноминаций и не могут рассматривать христианское воссоединение просто как межденоминационное урегулирование. Православная Церковь не конфессия, не одна из многих и не одна среди многих конфессий. Для православных Православная Церковь — это именно Церковь… Православная Церковь… имеет особое и исключительное место в разделенном христианском мире как носитель и свидетель традиций Древней неразделенной Церкви, из которых происходят все существующие деноминации путем упрощения и отделения… Единство может быть восстановлено деноминациями их возвращением к общему прошлому»[102].