Влюбиться в чудовище [СИ]

— Со мной всё будет в порядке, — хрипит он. — Это ерунда.

Ерунда?!  Он должно быть, шутит.

Отворачиваюсь от вида окровавленного полотенца. Меня мутит, и я чувствую  лёгкое головокружение.

— Эй, — хрипит он и в его глазах отражается вина.  — Мне очень жаль. Мне надо было вернуться домой.

— Я не думаю, что это была бы хорошая идея. Как бы ты поехал на мотоцикле?! 

Таддеус сдёргивает полотенце, чтобы показать мне, что кровотечение уже остановилось.

— Белль… Я в порядке, — и он поднимается с дивана.

Стук в дверь заставляет меня вздрогнуть. Таддеус бросает на неё многозначительный взгляд, прежде чем уйти на кухню и скрыться из виду.

Я не успеваю до конца открыть дверь, как в прихожую вваливается… Гевин.

— Где он?

Страх, беспокойство и паника поднимаются во мне. 

— Кто?

Он оглядывает мою крошечную квартирку.

— Парень. Я видел, что он пришёл сюда.

— Ты пьян, Гевин. Иди домой.

— Нет! — рявкает он. — Я видел, как он возился с Питером.

— С парнем, которого ты зарезал? Что ты вообще наделал?

Гевин грозит мне пальцем.

— Ты тоже это видела.

Мразь. Я не собираюсь подтверждать то, что произошло.

— Нет.

— У Питера была кровь, но раны теперь нет. Этот парень... он что-то сделал. Он похож на ведьму или что-то в этом роде.

— Он ничего не делал! — закипаю я от злости.

— Так ты знаешь этого парня? — Гевин шатаясь, направляется на кухню, но я останавливаю его.

— Иди домой, Гевин. Проспись.

Но он хватает меня и прижимает к себе.

— Ты такая милая и горячая, когда злишься.

Мне удаётся вывернуться из его хватки и отпрянуть в сторону.

Тут же Таддеус набрасывается  на него как лев и сбивает с ног. Его взгляд мечет молнии. Гевин старается сбросить Таддеуса, но тот лишь сильнее прижимает его к полу.

— Уходи. Сейчас же! — он бросает на меня полный ярости взгляд, и я, попятившись, скрываюсь в своей спальне. 

Мне слышно возню, глухие удары, а затем хлопок входной двери. Через несколько минут раздаётся стук в дверь спальни.

Я спешу открыть дверь. Таддеус прислонившись к дверному косяку, сжимает пальцами переносицу.

— Ты в порядке?

— Да.

Вздохнув, он скрещивает руки на груди.

— Ты его знаешь?

— Да, — но я не хочу вдаваться в подробности и злить Таддеуса ещё больше.

Он больше не задаёт мне вопросов.

— Он… цел и невредим? — осторожно спрашиваю я.

Он, глубоко вдохнув, смотрит мне прямо в глаза и молчит.

— А ты? — продолжаю я. 

— Мне пора.

Открывают рот, чтобы возразить, но Таддеус  не даёт мне сказать ни слова.

— Я заеду за тобой утром, — и исчезает.

Слышу, как завёлся его мотоцикл и помчался вниз по улице.