Оверсайз. Прятки с миллионером.

Я выползла из кустов и заковыляла на север, как мне велела Ба. Ну не ждать же, в самом деле, что этот нахал меня найдет. И даже успела пробежать метров двадцать, когда услышала леденящий душу вопль маньяка. Надо же, как расстроился, болезный, что не нашел меня. Может еще не совсем пропащий он. Вон как переживает, что я шарахаюсь одна по темному лесу.

Вангелия сидела на камне под раскидистой сосной и рассматривала шишку, когда я, злая как сто чертей, наконец ее нашла.

- Долго ты. Тебе ж сказали лететь на север. Кстати, прекрасно выглядишь,- хмыкнула шарлатанка, рассматривая мой модный лук. Простыня, некогда красивого оттенка шампанского, сейчас стала похожа на саван призрака, отдуплившегося лет эдак пятьсот назад, от того страшно злого и кровожадного. Чувствовала я себя, кстати, так же примерно. Чертов аэро – рюкзак за спиной, казался сейчас сваренным из чугуна.

- Особенно рваный трусняк и причесочка в стиле «ураган над сказочным лесом»- веселилась астрологиня, совсем не обращая внимания на зверское выражение на моей ободранной физиономии. И судя по тому, что левый глаз у меня открывается с трудом, утром я буду отсвечивать великолепным бланшем.

- Рот закрой,- рявкнула я, с ужасом уловив в своем рыке бабулины нотки. Гены, блин.

- Ладно,- примирительно подняла руки эта мерзавка, — ты лучше скажи, что ты сделала с красавчиком, что он так орал? У меня кровь в жилах застыла. Подумала, что ты его там на куски живьем режешь. Ты завязывай брутальных мужиков уничтожать, эдак человечество выродится. Останутся одни шалапуты. От кого детей рожать то станет?

- Да черт его знает, чего он орал, я его пальцем не тронула. Не вылезла даже из кустов.  Это он обещал трусы с меня снять, гад. Снималка не доросла, — пробухтела я, натягивая на голову, протянутый мне шлем и судорожно затягивая ремешок под подбородком. Сегодня явно не мой день. Ехать на мотоцикле с чокнутой бабой даже страшнее, чем лететь до города на чертовом реактивном ранце. Я взвыла, когда железный конь, ревя как раненый верблюд, сорвался с места и постаралась не сдохнуть от инфаркта.

Когда-нибудь я остепенюсь. Наверное. Осяду дома, обзаведусь потомством, буду вязать носки и печь беляши. У меня будет муж. Такой же, как у подавляющего большинства женщин – пузатенький, слегка плешивый и всегда и все знающий, эдакий криворуки рукодельник. Мы будем ездить раз в год к морю. Планировать бюджет и копить на новую машину. Может быть у меня все это будет, если я останусь в живых после поездки на мотоцикле. Нет, с беляшами мужу придется обломаться, потому что скрюченными судорогой ручонками приготовить я их вряд ли смогу. С носками тоже попадос. А в остальном...

- Эй, ты чего затихла? – поинтересовалась мотогонщица и я только тогда поняла, что адский грохот стих, и перед глазами больше не сливается свет фонарей и фар встречных машин. Огляделась по сторонам. Тихий, знакомый двор, кошки в песочнице роющиеся и зыркающие в нашу сторону светящимися глазюками. Идиллия. Я слезла с железного коня, стараясь удержаться на дрожащих копытцах и молча пошла к покосившемуся козырьком подъезду.