Преступные намерения. Ошейник для воина

— Что, продолжим в спальне? — прервав сладкую пытку, выдохнул «раб».

Я не задумываясь кивнула, и мысленно порадовалась тому, что инцидент с ошейником исчерпан. В нашей маленькой команде снова воцарилась гармония…

…Утро началось привычно и гадко — с завывания планшетника. Коммуникатор, разумеется, тоже выл, но он был в сумочке, а та осталась у двери, заваленная пакетами с покупками — то бишь не слышно.

Зато планшет лежал не где‑нибудь, а рядом с кроватью. И верещал прямо в ухо! И мне не оставалось ничего другого, как продрать глаза, подхватить гаджет и с молчаливыми матами принять звонок от Лалы.

Я была убеждена — это обычный общий созвон. То есть сейчас на экране вспыхнут ещё два квадрата, и спальня заполнится щебетом девчонок. Но всё оказалось чуть — чуть иначе… Лала хотела посекретничать!

— Ты одна? — едва я нажала кнопку приёма, спросила подруга.

В этот миг Тенорд активировал диодную подсветку над кроватью, и вопрос отпал. Зато появилась просьба:

— Мэри, мы можем пообщаться наедине?

Я слегка удивилась, но не словам, а выражению лица — вечно позитивная Лала выглядела задумчивой, и даже напряженной.

— Что‑то случилось? — спросила я.

— Нет. Всё в порядке. Но… — Лала сделала страшные глаза и замолчала.

А я, глядя на подругу, немного забылась… Я попыталась поступить как все нормальные люди — выбраться из постели и уйти в другую комнату. Ну чтобы Тенорду своими разговорами не мешать.

Хорошо, что «раб» оказался сообразительней «госпожи». Успел перехватить и не пустить, и сказал одними губами:

— Прикажи мне уйти!

Я, наконец, поняла несуразность ситуации и действительно приказала. Да ещё дверь за собой закрыть велела.

Ну а как только мы с Лалой остались вдвоём, услышала:

— Мэри, и всё‑таки, как его имя?

— Понятия не имею, — не моргнув, соврала я. — Ты же знаешь, что в таких случаях в документах только номер, присвоенный судебной системой, пишут.

И это было правдой. В смысле, в договоре купли — продажи имени не стояло. А в том, что «раб» всё‑таки представился, признаваться не хотелось.

Озвучивать настоящее имя тоже было боязно — вдруг это что‑то исконно туронское и Лала, будучи девушкой немного одержимой закрытыми планетами, поймёт? Вдруг догадается, что Тенорд совсем не человек? Так что нет, лучше показаться странной, чем сказать.

— А как ты его в таком случае называешь? — нахмурилась подруга. — СР… что‑то там?

Я улыбнулась, представив, насколько глупо подобное обращение звучит. Сказала:

— Нет, не так.

— А как? — не пожелала отступить подруга.

У меня ответа не было, поэтому тоже рогом упёрлась…

— Лала, ну какая разница? Называю. Как‑то.

— Как именно?

Я мысленно взвыла и мысленно же послала Лалу подальше. А вслух с дикой неохотой произнесла первое, что пришло в голову:

— Зайчиком.

— Кем? — ошарашенно переспросила собеседница.