«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

Пользусь минутой, альАдиль решил действовать решительно, тем паче что его племянники никаких талантов по управлению своими землями не демонстрировали. Сойдясь с Утманом, он воспользовался некомпетентностью альАфдаля и в 1196 г. захватил власть в Дамаске. Вслед за этим альЗахира признали султаном династии, но, конечно же, его владычество было номинальным на фоне могущественного дяди. А в ноябре 1198 г. и эта искусственная декорация была сорвана рукой судьбы: на охоте альЗахир упал с лошади и спустя несколько дней скончался.

АльАфдаль не стал терять время, немедленно прибыл в Египет и стал во главе правительства. Он тут же направил войска на Дамаск, но не учел опыта и дипломатической хитрости своего дяди, который не только отбил все атаки врагов, но в скором времени перессорил их между собой. От безысходности альАфдаль вновь признал власть дяди над собой, а тот в конце 1201 г. принял наконец титул султана[1138].

Когда умер Утман, альАдилю отошел и Египет. В результате к 1202 г. альАдиль восстановил империю Саладина и внешнее единство исламского мира. Тем не менее для него все еще сохранялась опасность войны с Зенгидами, владевшими остальной частью Месопотамии, турками Анатолии, а также правителями Армении и Грузии. Чтобы не распылять сил, он охотно пошел на перемирие с пилигримами, которое с небольшими перерывами действовало вплоть до 1217 г.[1139]

Пока турок раздирали войны и междоусобицы, положение христиан в Леванте ничуть не улучшилось, что не удивительно: ведь крестоносное движение напрочь разметало те почти добрососедские отношения, которые несколько веков подряд (хотя и в перерывах между частыми войнами) образовались на Востоке. До Крестовых походов мусульмане жили с покоренными христианами более чем мирно. Многие христианские обычаи были переняты сарацинами, например почитание Пресвятой Богородицы. В Палестине и Сирии являлось нормой вещей, когда мусульмане приходили в христианский храм на Литургию и молились вместе с греками, сирийцами и армянами. В странах Ислама христиане пользовались почти полным набором прав мусульман и очень часто занимали высокие государственные должности. Ведь они, как и евреи, считались по Корану «людьми Писания», а потому отношение к ним было несравнимо более мягким, чем к язычникам.

Единственно им запрещались торжественные процессии по улицам мусульманских городов с ношением крестов и звоном колоколов, дабы не заглушать голоса муэдзинов. Кроме того, христианам не разрешалось ношение оружия и шерстяных поясов – вместо них полагалось одевать кожаные. Нередко случалось, что сами христиане привлекали мусульман в качестве крестных и посаженных отцов. Одним словом, до Крестовых походов отсутствовали основания и причины для смертельной вражды между представителями двух мировых религий. Что, конечно, не исключало отдельных эксцессов и общей, хотя и мягкой, но настойчивой политики постепенной исламизации христианского населения[1140].