Res Publica. Русский республиканизм от Средневековья до конца XX века [коллективная монография]

Ключевое значение приобретал правовой статус так называемых «общественных организаций» и прежде всего — коммунистической партии. Итоговая формула о партии как «руководящем ядре всех организаций трудящихся» возникла не сразу[1816]. В черновом наброске, написанном рукой Яковлева, говорится о компартии, «являющейся передовым отрядом трудящихся в их борьбе за победу коммунизма и основной руководящей силой всех организаций (общественных добровольных организаций и советов) трудящихся в СССР». В окончательной редакции, принятой Сталиным, эта часть статьи о праве граждан на объединение в проекте Конституции СССР 1936 г. выглядела следующим образом: «Наиболее активные и сознательные граждане из рядов рабочего класса и других слоев трудящихся объединяются в Коммунистическую партию СССР, являющуюся передовым отрядом в их борьбе за построение коммунизма и представляющую собой руководящее ядро всех организаций трудящихся как общественных, так и государственных».

Данная формула, напоминающая корпоративистские теории Л. Дюги и его комментаторов в авторитарных режимах Европы, зафиксированная в одной из последних глав Конституции в статье 126 о праве граждан на объединение, выражала слияние общества и государства, при котором партия из общественной организации превращалась в государственную структуру. Официальная идеологическая доктрина видела в партии гаранта существующего строя[1817], основной инструмент его демократизации — трансформации «народного государства» в «коммунистическое общество»[1818], но выводила ее «авангардную роль» из диктатуры[1819], подчеркивая приоритет аппарата, который, по словам Л. Кагановича, есть «великое и хорошее дело», «проводит в жизнь то, что нужно партии, контролирует выполнение партийных решений»[1820], причем прием индивида в партию (или исключение из нее) объявлялись когнитивным переломом — главным событием его жизни, означающим «переход грани между партийностью и беспартийностью»[1821]. По признанию последующих советских аналитиков (1960‐х гг.), окончательная формула о партии выражала приоритет государства над обществом[1822].