Леонид Брежнев. Величие и трагедия человека и страны

Второй факт, возведенный в современной России в миф, заключается в том, что Брежнев превратил Советский Союз в сверхдержаву. Поэтому в глазах ностальгирующих по великой державе имя Брежнев вписано на почетном месте рядом с именами Ленина и Сталина на странице «победителей», а имена Хрущева и Горбачева – на странице «проигравших», лидеров, ослабивших страну или доведших ее до гибели. Это несправедливо по отношению к Брежневу, который всю свою жизнь боролся за мирное сосуществование, сближение с Западом и разоружение, и сегодня, услышав антиамериканскую изоляционистскую риторику Путина, вероятно, перевернулся бы в гробу. Военная агрессия была для него не причиной гордости и величия, а крайней мерой и тяжелым бременем на его совести. Брежнев видел свою заслугу в том, что хотел дать советским людям лучшую, мирную жизнь, для чего приказал закупать в небывалых прежде масштабах за границей на валюту продовольствие, а также одежду и электротовары. Он был горд не «доктриной Брежнева», а введением пятидневной рабочей недели, установлением пенсионного возраста для всех женщин в 55 и для всех мужчин в 60 лет, а также повышением заработной платы2878.

На принципиальный вопрос о том, способствовал ли Брежнев больше стабильности или краху Советского Союза, можно в зависимости от точки зрения отвечать очень по-разному и в конечном счете всегда крайне гипотетически. Во многом бесспорно, что все, что генсек создал до 1975 г. во внутренней и внешней политике, способствовало стабилизации, консолидации и превращению Советского Союза в относительно нормальную страну. По существу, только при нем возникло государство, которому позже предстояло погибнуть. Насколько сильно в его последние годы ощущался паралич руководства, оценивается очень по-разному. Сотрудник Брежнева Брутенц считает: «В начале 80-х годов казалось, жизнь в стране остановилась, замерла, пропали события, одни юбилеи и кончины… Фактически все это напоминало имитацию реальной общественной и политической жизни, ее эрзац»2879. Тем не менее все продолжало функционировать, и если бы Горбачев не покончил с такой ситуацией, она, может быть, продолжалась бы и дольше.