Дочь Вороньего Короля

— Ну спасибо, удружил.

Лариэса, который тотчас же вспомнил недавнее возлияние с Игнис, передернуло, но возражать он не стал.

«Хотят увидеть своего капитана под столом? Ну что ж, они заслужили это право».

А потому он не стал возражать и, улыбнувшись, кивнул другу.

— Так и сделаем.

Кажется, мечник не ожидал такого ответа, потому что его глаза широко открылись от удивления, но уже в следующую секунду он ухмыльнулся.

— Смотри, тебя никто за язык не тянул.

Лариэс по очереди попрощался с каждым из своих бойцов, и, наконец, подошел к Марку.

— Береги их, — протянул он руку молчаливому здоровяку.

Тот ответил крепким рукопожатием и кивнул, после чего, немного погодя, ответил.

— Постараюсь.

Большего от лейтенанта гвардии ее величества не сумел бы добиться и палач с клещами, а потому капитан лишь кивнул и, не оборачиваясь, пошел к его высочеству.

И они, наконец-то, начали свое восхождение.

Лариэс, вновь замыкавший отряд, на сей раз шел — тропа была слишком узкой для лошадей — рядом с Игнис. За последние дни девушка немного пришла в себя после увиденного, и достаточно беззаботно общалась с Блаклинт и его высочеством, хотя чуткие уши виконта и находили некоторые фальшивые нотки в смехе огнерожденной, когда принц рассказывал очередную шутку.

Их же отношения, как ни странно, продолжали улучшаться. Непонятно отчего, Игнис стала куда приветливей — кажется, искренняя забота полукровки была ей приятна, и иногда Лариэс даже задумывался, а не попробовать ли рассказать о том, что он испытывает нечто большее, нежели дружеские чувства.

Но каждый раз он усилием воли заставлял себя промолчать, вспоминая слова Вороньего Короля.

«Мы делаем не то, что хотим, а то, что должно».

Это мудрое изречение стало его своеобразным девизом.

— Знаешь, — проговорила Игнис, оглядываясь, — сейчас, когда мы почти добрались до нашей цели, я испытываю радость.

— Несмотря даже на…

Лариэс не стал заканчивать, ведь все и так было понятно.

— Именно, — серебряные губы маски сложились в милую улыбку, — за эти месяцы я увидела и испытала больше, чем за все годы, проведенные в Кастэллуме. Конечно же, я благодарна отцу за все, и никогда не смогу выплатить ему долг, но… ты понимаешь?

— Понимаю, — согласился Лариэс.

«Я тоже никогда не смогу выплатить долг Вентисам. Но тебе повезло, у тебя есть свобода, мне же придется…» — Он оборвал себя. — «Что значит, придется? Служить его высочеству — честь и награда сама по себе. Нечего забивать голову всякими глупостями!»

Но глупости продолжали лезть в нее и Лариэс ничего не мог поделать с собой.