Сто страшных историй

Впереди простирался обширный болотистый луг. Слева сочилось прядями тумана кладбище. И ветер этот туман не берет! Справа начинался лесок. Сосны и криптомерии здесь росли как на подбор — словно состязались, кто из них вымахает прямее и выше.

А на другой стороне луга на невысоком каменистом холме стоял храм. Он вырастал из холма, казался его естественным завершением. Серый камень стен понизу оброс мхом; крыша цвета мокрой земли походила на шляпку гриба мацутакэ[18]. Ступени, ведущие к храму, были вытесаны из плоти самого холма, составляя с ним одно целое.

До слуха донеслось знакомое журчание. Я различил тусклый блеск ручья, извивавшегося у подножия.

«Приведите разносчика в храм у кладбища Санъюри. Я буду ждать вас там на исходе Часа Дракона[19]».

Это ж в какую рань должен был подняться святой Иссэн, чтобы оказаться здесь, на другом конце города, к исходу Часа Дракона? К слову, я сегодня тоже встал рано, так что начало Часа Дракона храмовый колокол возвестил лишь недавно. Выходит, это я буду ждать настоятеля в храме, а не он меня. Ничего, подожду. Вот опоздание с моей стороны было бы воистину непростительно.

— Это что же, храм? Зачем — храм?

Если возле кладбища в голосе разносчика звучал страх, то сейчас он, похоже, готов был удариться в панику. Что это с ним сегодня?! Заявиться в управу, врать в глаза дознавателю — не побоялся. А тут…

— Здесь с тобой встретится святой Иссэн.

Я обернулся к Мэмору. Заговорил медленно, раздельно, выговаривая каждое слово с предельной чёткостью, как будто имел дело с глуховатым дурачком:

— Идем. Ты же хотел поскорее все выяснить?

— Хотел, да, хотел…

Он замедлил шаг:

— Выяснить, да… Только не в храме! Зачем — в храме? Не надо — в храме! Может, прямо тут, а? Я тут подожду, а вы святого Иссэна приведете…

— Шевелись, кому сказано!

Тропинка петляла змеей в сочной траве. Не успел я сделать и пяти шагов в полной уверенности, что разносчик следует за мной, как Мэмору с невероятной прытью сорвался с места и помчался к опушке леса. Первым моим порывом было броситься за стервецом в погоню. Я даже сделал два поспешных шага — и нога по щиколотку увязла в болотистой почве. Какой там бежать! Тут и идти не особо получится.

А Мэмору все нипочем! Несется, едва касаясь сандалиями земли — и не вязнет. Гляди, уже добрался до опушки…

— Стоять!!!

Куда там! Так он меня и послушал.

«Возьмите с собой несколько крепких помощников…» Какой же я глупец! Меня ведь предупредили, а я? Решил, что люди станут смеяться, понадеялся на себя, дурака… Смотри теперь, как он удирает, и кляни свою гордыню!

Что я скажу настоятелю?!

В тот момент, когда от невыносимого стыда я уже готов был свести счеты с жизнью, Широно сорвался с места. Мэмору оказался на диво проворен, но я ещё ни разу не видел, чтобы кто-то бегал так, как мой новый слуга. Шаги его, и без того широкие, удлинились неимоверно, а ноги замелькали с такой скоростью, что слились в призрачный веер. Слуга буквально поглотил расстояние между тропой и опушкой — и нырнул в лес вслед за беглецом.