Оковы прошлого. Книга вторая [ЛП]

К тому времени, как был закончен последний отчет о третьей жертве, мое тело ломит от боли. Мышцы горят, плечо, вывихнутое во время вчерашней схватки в лаборатории, пульсирует, а болеутоляющее средство прекратило своей действие несколько часов назад.

Обри настоял, чтобы остаться после того, как я отпустила своих техников вечером. Они и раньше видели меня почти сломленной, но мой предыдущий срыв был шокирующим даже для меня. Я слишком истощена, чтобы чувствовать смущение. Хрупкие стены, которые я воздвигла, могли рухнуть в любую секунду.

Все, что Обри нужно сделать, это задать правильные вопросы: о наркотиках, о людях, которые похитили меня. В минуту полного изнеможения я бы призналась во всем.

Но он ни о чем не спрашивает. Он записывает факты и результаты, а не развлекает себя теориями. Я восхищаюсь его профессиональной этикой и мастерством, но я не могла отвечать перед ФБР так, как он. Существует почти военная структура и кодекс, который вызывает у меня клаустрофобию, просто находясь рядом с ним.

Пока я массирую плечо, пытаясь справиться с болью, в кармане вибрирует телефон. Я вытаскиваю и смотрю на него, и мое сердце в растерянности, не понимая, радоваться или же перестать биться.

Куинн: Я припарковался у входа.

На самом деле я не думала о том, что произойдет, когда выйду из лаборатории. Сегодняшнее утро, когда Куинн, довольно властно, настоял на том, чтобы я осталась с ним, кажется было давным-давно. Столько всего произошло с тех пор.

Я удивлена, почему он просто не вошел в лабораторию, как обычно, пока не вспоминаю про охрану у входа. Я поспешно набираю ответ, что уже выхожу.

В своем кабинете я забираю флешку, на которой сохранила отчеты о жертвах, засовываю ее в карман и запираю дверь. Я неловко машу Обри, направляясь к двойным дверям. Внезапно мой желудок сковывает напряжением, словно натянутая струна, тянущаяся из моего тела, стремиться навстречу Куинну, притягивая к нему невероятной и непонятной мне силой.

Я успешно избегала его весь день, хотя и обещала держать его в курсе событий. Я просто... не могла. Я не могла притворяться, что занимаюсь своей работой, в то время как все внутри меня пыталось прорваться через удушающее безумие происходящего вокруг.

Требовательная, властная натура Куинна слишком напоминает мне ученого, которым я когда-то была. Кроме того, как только я увидела замученную жертву и осознала, что эти девушки погибли из-за меня...

Я знала, что моя тайна больше не принадлежит мне.

Время пришло.

Я просто хотела как можно дольше оттягивать неизбежное. Я успокаиваюсь, когда начинаю думать о руках Куинна, прикасающихся ко мне. Как его губы ласкали меня. Потому что, как только он узнает правду, эти волшебные моменты между нами канут в небытие, будто их никогда и не было.