Оковы прошлого. Книга вторая [ЛП]

Смерть или тюрьма? Мне бы не хотелось выбирать между ними.

Двойные двери распахиваются с громким стуком, и я вздрагиваю. Мои тяжелые думы отодвигаются в сторону, пока я готовлюсь. Я вытираю руки о пальто, пока помощники подкатывают тележку с телом к центру лаборатории.

Доктор Полсен опускает руку на мое плечо, и я едва не отскакиваю от его прикосновения.

- Расслабьтесь, - говорит он, но убирает руку. - Я просто повторю свои слова о том, чтобы вы взяли выходной, доктор Джонсон, - его светло-серые глаза и поразительно красивое лицо опускаются в раздумье. - Вам необязательно быть здесь для этого.

Я начинаю злиться. Я должна быть здесь, потому что это моя лаборатория.

- Я ценю вашу заботу, доктор Полсен, - я достаю из кармана пару перчаток. - Но уверена, будь вы на моем месте, то захотели бы присутствовать в собственной лаборатории во время вскрытия.

Его губы изгибаются в легкой улыбке.

- Разумеется. И, пожалуйста, зовите меня Обри. Никаких формальностей среди коллег, верно?

Я делаю напряженный вдох, соглашаясь кивком.

- Эйвери. Идет. Спасибо.

Мимолетная дружеская атмосфера вскоре рассеивается, когда появляется второе тело, завершая подсчет жертв на трех трупах. Обри ведет себя весьма любезно, расписываясь в бумагах о доставке, пока я размеренными шагами направляюсь ко второй жертве.

После того как я закончила осмотр первой, задокументировав жестокие действия, которым та подверглась, я чувствую, что готова принять следующий вызов. Однако я не готова к густой желчи, которая обжигает горло от ядовитого запаха, исходящего от тела.

Я расстегиваю молнию на белом мешке для трупов и подавляю вздох.

Ее расчленили.

У этой жертвы все еще есть кожа, но ее внутренности выпотрошены. Торс рассечен, прямо через грудную полость и вниз к тазовым костям. Ее разрезали ровно посередине, как переспевший арбуз.

Как долго она оставалась в живых после этих пыток?

Я отвожу взгляд, ненавидя себя за то, что скоро найду ответ на этот вопрос.

Обри начинает записывать данные по жертве, переходя прямо к гротескным фактам о причине ее смерти. Я слушаю, как он подробно описывает каждый удаленный орган и перечисляет несколько остатков ее кишок и внутренностей, которые вывались за пределы стенок брюшины.

- Флоре Портер было двадцать лет и...

- Что?

Его взгляд метнулся ко мне, вынуждая прервать осмотр тела. С щелчком он ставит на паузу запись диктофона.

– Какие-то проблемы, Эйвери?

Да, черт возьми, есть одна.

- Откуда ты знаешь ее имя?

Его рот сжимается в тонкую линию, а плечи напрягаются.

- ФБР довольно быстро реагирует на идентификацию жертв. Я полагаю, один из ваших офицеров уже отправлен связаться с ближайшими родственниками жертвы.