Мой лучший учитель
- Автор: Найтингейл Эл
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Мой лучший учитель». Краткое содержание книги:
— В период с тридцатого века до нашей эры и до третьего века нашей эры в Древнем мире существовали и активно развивались различные литературные жанры, — наизусть начала я. И пусть вечер выдался бурным, подготовиться к любимому предмету не забыла. — Поучения, священные гимны, сказки, поэмы, биографии, басни, религиозные тексты, пословицы, поэзия, пророчества. Произведения тесно связаны с фольклором. Часто в литературные тексты входили песни из фольклора.
— Приведите пример, — попросил препод. — Какие труды древности больше запомнились и понравились вам?
Интересно, а «Камасутру» можно считать произведением? Мне кажется, вполне. Вот только я ни за что в жизни не созналась бы в том, что изучила и даже кое-что заметила из этого поистине грандиозного труда древности. Хотя, интересно было бы посмотреть на лицо Валентина Петровича, начни я рассказывать подробности.
— Что такое, Комарова? — Валентин, мой секси-препод подошел с изумленным выражением на породистом лице. Боже, до чего же мне хотелось сейчас коснуться этого волевого подбородка, почувствовать дурманящий вкус губ. Прижаться к этой крепкой груди и вдохнуть будоражащий цитрусовый аромат парфюма. — Вы выглядите такой загадочной.
— Правда?.. — спросила и с удивлением отметила, что голос стал немного хриплым, возбужденным. Ну как можно думать об учебе, когда тебя приковал взглядом такой сексуальный препод? Это он сделал меня такой, превратил серую мышку и дерзкую извращенку, готовую завести речь о «Камасутре» на уроках литературы. — Странно, я не замечаю ничего такого…
Темные дуги бровей Валентина Петровича насмешливо взлетели.
— Неужели? — поинтересовался он, стоя неприлично близко. Так близко, что качнись я вперед, и окажусь прижатой к его груди. — Что ж, продолжайте, Комарова, вы ведь подготовились к занятиям?
Я нервно сглотнула, не слишком понимая, о каких именно занятиях идет речь. Он спрашивал про литературу или про то, надет ли на мне его подарок?
— Да, — ответила про все сразу. — Из произведений древности мне больше всего запомнилась греческая литература. А именно поэмы «Илиада» и «Одиссея» Гомера.
— Хороший выбор, — похвалили меня. Валентин Петрович, словно невзначай, коснулся моих волос. — Продолжайте. Что именно вам запомнилось?
Вообще-то вчерашний вечер, который мне не забыть ни за что на свете. Таких ярких, незабываемых впечатлений я не получала ни от одной книги. Конечно, труды древности — это круто, но секс с любимым мужчиной куда интереснее…
О чем это я?
— «Илиада» — древнейший из сохранившихся памятников древнегреческой литературы, эпическая поэма, которая описывает события Троянской войны. В её основу легли фольклорные сказания о подвигах древних героев…
И тут вдруг ожили трусики…
— Ох!.. — не сдержалась я, почувствовав вибрацию в самом деликатном месте. Схватилась за край парты и, открыв рот, с шумом вдохнула воздух. Наверное, я походила сейчас на рыбу, выброшенную на берег.
— Продолжайте, Комарова, — потребовал препод.
Это что, наказание за отказ остаться у него на ночь? Или поощрение за хорошо усвоенный материал? Я точно не знала, но не могла сдержать собственные ощущения. Волны удовольствия накатывали одна за другой, помимо воли разума, требовавшего немедленно прекратить.
— Действие «Илиады» относится к последним месяцам десятилетней осады Трои ахейцами… — мой голос дрожал, как и вся я. Страшно было оглянуться и понять, что все в зале пристально смотрят и понимают, что именно происходит. Мне почему-то казалось, будто все знают, что серая мышка Ирина Комарова вот-вот кончит. — В «Илиаде» описывается эпизод из истории, который охватывает незначительный промежуток времени… Можно выйти?!
Я больше не могла сдерживаться. Вибрации в трусиках становились настойчивее, сдерживать стоны удовольствия становилось все невыносимее. Конечно, никто не мог видеть, что происходит со мной на самом деле, только я и Валентин Петрович знали правду. Наверное, если бы я сейчас восторженно вскрикнула и осела на пол, мне бы просто вызвали скорую. Не хотелось доводить до этого…
— Очень нужно? — уточнил Валентин Петрович, склонившись так близко, что я почувствовала его теплое дыхание на своей шее.
Еще бы немного, и я притянула его к себе, и тогда бы точно кончила на виду у всей группы. Вот бы было о чем посплетничать Кузнецовой с подружками.
— О-о-очень… — простонала я. Прикрыла глаза и сделала движение бедрами. Стремясь унять настойчивые вибрации. Но они лишь стали сильнее.
— Тогда мне ничего не остается, как отпустить вас, — проговорил препод, возбужденно сверкая глазами. — Но я надеюсь дослушать вашу поэму до конца, Комарова, помните об этом.