Банька по-белому. Взрослые вопросы о лихих 1990

Этот остров до революции принадлежал церкви? Вернули несправедливо отобранное? Никогда не принадлежал. Документальная история Валаамского Спасо — Преображенского монастыря прослеживается с 1407 года. До Северной войны остров неоднократно переходил к шведам, которые разоряли обитель и держали гарнизон. Но даже после установления русского владычества, церковь никогда не была здесь полновластным хозяином, а в 1764 г. Екатерина II забрала монастырские земли на острове в казну, где они и находились до свержения Романовых. До Второй мировой Валаам находился под финнами, монахов почти не осталось. В советские времена архипелагу необыкновенно повезло: мало того что коммунисты не решились взрывать церковные постройки, так еще и не построили ни одного новодела. В отличие от Соловков сюда не добрался ГУЛАГ. А в 1960–е гг. на остров запустили чрезвычайно популярные круизы из Ленинграда. Туристы вдохнули новую жизнь и в сам остров, где главным работодателем оставался дом инвалидов войны. В Воскресенском скиту открыли туристическую базу, потянулись экскурсоводы, художники, ученые. В 1970 г. на острове числилось 1132 жителя, под которых построили девятилетнюю школу, больницу, отделение связи. Даже после 1984 г., когда дом инвалидов переехал на материк, на Валааме осталось около 500 светских жителей.

В 1989 г. эти миряне собирали подписи под возрождение монастыря и встречали первых пятерых монахов на пристани хлебом — солью. Через три года патриарх Алексий уже по — хозяйски принимал здесь президента Ельцина, который с царского плеча подписал предоставление Валааму особого статуса — «восстановил историческую справедливость».

Рассказывает историк, а тогда заведующий отделом культуры и образования правительства России Сергей Житинев: «Глава Карельской республики возражал против передачи острова церкви, но патриарх Алексий II настаивал. Когда Борис Николаевич подписал этот указ, Святейший посмотрел на небо, глубоко вздохнул и сказал: «Слава Богу! Свершилось!» Я увидел, что Патриарх отошел в сторонку, подошел к борту катера и стал молиться». По свидетельству петербургского фотографа Юрия Феклистова, Ельцин в той поездке тоже ходил по церквям, молился и ставил свечки, но и об отдыхе на природе не забывал: «Гулял по лесу, обнимал деревья или просто сидел на природе. Пил воду из колодца. Рвал букеты ромашек и дарил супруге. Говорят, что Борис Ельцин вечером, стоя на палубе своего корабля, пел русские романсы с монахом из церковного хора. Помню, когда они с Патриархом обедали в трапезной, для них выступал церковный хор. Пели гимн Валаамской обители: «Славься, светися, обитель честная, и умилися, Творца прославляя…» Мне показалось, пели они на мотив известной песни «Смело мы в бой пойдем за власть Советов…».