Тагу (Рассказы и повести)
- Автор: Чиковани Григол Самсонович
- Год: 1972
- Язык: русский
- Год: Мерани
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Тагу (Рассказы и повести)». Краткое содержание книги:
В тот день в Кулеви была большая ярмарка. В порт вошли новые корабли. Народ уже давно ожидал их прихода, почти из всех уголков Грузии явились люди для покупки товаров. Бесчисленное множество покупателей и продавцов теснилось на площади. Стоял громкий, неумолчный говор, мычал скот, ржали арабские и кабардинские кони…
Джамлет, по своему обыкновению, рано явился на базар и сразу же приметил уже знакомого ему турецкого купца. Купец был в хорошем настроении, он по дешевке распродавал оставшийся товар, и вокруг него теснились покупатели. Его спесивая улыбка как ножом полоснула Джамлета по сердцу. В духане он ел и пил безо всякой охоты: перед ним неотступно стояло ненавистное лицо турка. Он и сам не мог бы сказать определенно, чем именно так ненавистен ему этот турок. Но он не находил покоя, боясь потерять его из вида, вскоре встал из-за стола и снова отправился на базар. Там уже не было ни турка, ни его людей. Видимо, они распродали свой товар и вернулись на корабль. Этой ночью они отплывали на родину, сказали Джамлету греки, торговавшие рядом с турком.
Джамлет отправился в порт. Корабль действительно готовился к отплытию. «Неужто он больше не сойдет на берег, этот свинячий сын!» Джамлет в гневе кусал себе губы, он решил не уходить из порта: как только турок сойдет с корабля, он тут же покончит с ним. При дневном свете, при всем народе…
Спустились сумерки, а турок не вышел даже на палубу своего корабля. Надежды Джамлета рухнули; теперь в темноте не то что купец, а даже самый отважный моряк не сойдет с корабля. Джамлет вернулся в духан и потребовал вина.
А в это время Тайя вышла из духана Кици Цоцория и тайком, прижимаясь к стенам и заборам, поспешила к турецкому купцу. Дачхирия бежала рядом с ней и тревожно повизгивала, словно чувствуя, что происходит что-то нехорошее. Она путалась у Тайи в ногах, лаяла на нее; куда, мол, идешь, вернись назад…
Испуганная Тайя гладила собаку по голове, ласково трепала ее, пытаясь успокоить, хотя сама волновалась больше нее.
На берегу ее ожидал Бугара. Он издали узнал Тайю и неприметно провел ее на корабль. Когда Тайя вошла к купцу, тот в волнении расхаживал взад и вперед по своей каюте, но, увидев девушку, обратился к ней с напускным спокойствием:
— Тебя прислал Кици-ага, ханум?
Тайя отрицательно покачала головой и в страхе уставилась на турка.
— Ты меня сам позвал, дядя.
— Да, правда, я и забыл. Кажется, я обещал тебе ожерелье?
Тайя кивнула головой.
— Садись сюда! — И турок указал ей на разбросанные по ковру подушки, среди которых стояли блюда, полные сладостей, печенья и фруктов, а также миски и серебряные кувшины.
Тайя с удивлением смотрела на пол и не двигалась с места. Тогда турок взял ее за руку и подвел к ковру.
— Садись, — указал он ей на подушку. — Это наши сладости. У вас едят перец, а у нас — сладости. Страна Аллаха не похожа на ваши гиблые болота и нищие дома. Вот так обставлены наши жилища! — Турок уселся на ковер, поджав ноги. — Садись!
— Нет, я пойду! — Запыхавшаяся от долгого бега Тайя с трудом переводила дыхание. Она стояла перед турком, опустив голову; из-под упавших на лоб волос при свете лампы сверкали ее испуганные глаза.
— Не сядешь? Ты что — не хочешь ожерелья?
— Дай мне ожерелье, дядя, и я пойду.
— Дам, ханум, для чего же я тебя позвал? Оно куплено для тебя. Такое ожерелье и одишская царица носила бы с гордостью.
— Дай мне, дядя, и я пойду.
— Нет, сперва сядь и попробуй вот это печенье! — И купец подвинул к ней одну из мисок.
Тайя присела на подушку, подальше от купца.
— Бери, маленькая ханум!
Тайя была похожа сейчас на дикого, испуганного зверька. Турку она казалась прекрасной, и он с восторгом смотрел на нее.
Корабль слегка качало на легкой волне.
— Я пойду, — нарушила молчание Тайя.
— Ты еще не съела печенья!
— Не хочу я печенья.
— Хотя бы отведай!
Тайя, отбросив назад волосы, только теперь увидела, что предлагает ей турок. Рука сама потянулась к блюду и взяла печенье.
— Я возьму с собой, скушаю дома.
— Если тебе понравится, можешь взять и домой.
— Нравится, дядя, — сказала Тайя, откусив.
— Ведь вкусно?
Тайя согласно кивнула головой.
— Поешь еще! Ну же…
— Нет, я пойду, дядя! — Она встала с подушки и перед уходом обвела глазами стены, пол, потолок. Уж не мерещится ли ей? На стенах висели чеканенные золотом и серебром латы, богатые одежды, картины в золотых рамках, в углу лежали свертки парчовых тканей, сверкали хрусталь и алмазы, золото, бирюза. Ей казалось, что она видит все это во сне. На базаре никогда не было таких драгоценных вещей.