Он тебя не любит(?)

— Эвка, там твой е…рь пришел, иди сама ему открывай, я его видеть не могу, — голос отдалялся вместе со стервозной девкой.

— Перестань, — заговорила Эва в глубине квартиры. Что ж, тут такая слышимость, он и на улице бы услыхал.

— Не пускай его, Эва, пусть уже отваливает, сколько ты будешь унижаться?

Что ответила Эва, Макар не услышал, зато услышал легкие шаги.

— Зачем он тебе, Эв, он же тебя не любит! — вдруг раздалось раздраженное.

— Я знаю, — донеслось до него как шелест, и внутри все онемело.

Мак едва успел отскочить от двери, когда щелкнул замок и открылась дверь, взбежал по лестнице на один пролет вверх и прижался к стенке. Стоял как дурак, представлял ее лицо, удивленное, растерянное, и отчаянно надеялся, что она его не позовет. Она и не позвала, кто бы сомневался.

— Он ушел, зря ты возмущалась, — дверь закрылась, а Макар продолжал стоять, уставившись в стену, и чувствовал себя настоящим подонком. Очнулся и пошел к лифту.

Он кружил на машине по городу часа три, слова рыжей Ирки подействовали на него удивительным образом, встряхнули и отрезвили. Как будто ему мозг промыли, протерли насухо и обратно вставили. Девушка хоть и стервоза, но она права, кто он Эве? Ё…рь и есть, тут и крыть нечем. И абсолютно очевидно, именно ему следует принять решение, что делать дальше.

Ему двадцать пять, он на семь лет старше Эвы, девочке только на днях исполнилось восемнадцать, месяц назад за секс с ней ему бы грозила статья. Он не должен больше приезжать, прикасаться к ней, впиваться в нее, зарываться в волосы руками, лицом, обмирая внутри от того, какая она шелковая… Макар очнулся и увидел, что сидит за рулем своего Феррари во дворе ненавистной многоэтажки.