Дроу живучий 2, или Они иногда возвращаются!

Все новые дроу, которых оказалось двадцать пять штук, включая командира, ко мне относились подчеркнуто почтительно и чуть ли не кланялись, но я на это мало внимания обращал. Как-то не до того было. Больше удивился тому, что как бы мой личный, бессменный на протяжении кучи лет, наставник вел себя со мной крайне официально. Исключительно на вы и предельно вежливо. Да и вообще, старался смотреть пореже, разговаривать поменьше и держаться подальше. Пожав плечами, я решил до поры не обращать на это внимания.

Как только стала понятна задача, эльфы пришли в движение. Маги принялись плести свои заклинания, воины выстраивались в боевой порядок. Всех лошадей было решено отвести в безопасное место. Все равно они бы только мешали. Я, как самое слабое звено, уже традиционно оказался где-то в середине отряда в окружении наших. Эльрасу и Дилиэлю Миир строго-настрого наказал никуда от меня не отходить, иначе он им потом лично устроит веселую жизнь с мучительной смертью. Сам же принц, ободряюще на прощание мне улыбнувшись, в компании с Лео и Шайреном отправился на передовую. С тяжелым вздохом я смирился со своей участью. Все равно, ничем путным помочь действительно не смогу, так что не стоит рыпаться.

Зомби появились минут через тридцать. Не сбавляя ходу, отряд разлагающихся трупов попер в лобовую атаку. Они как будто знали, что имеют солидное преимущество перед живыми и безбоязненно неслись на подставляемые мечи и летящие в них заклинания. Завязалась битва. Не буду рассказывать, как все это происходило — ничего хорошего или приятного не наблюдалось. Да и видно мне, если честно, было плохо.

Где-то через час после начала до моего места таки добрался первый трупарь, и я получил возможность поучаствовать в общей схватке, посильно помогая Эльрасу с Дилиэлем крошить врага в капусту. Зомби был упорный и живучий. Чтобы успокоить, его пришлось буквально порезать на куски, потому что даже отделенные конечности все равно стремились доползти до противника и вцепиться в него поистине мертвой хваткой. Подступающую к горлу тошноту я мужественно давил, стараясь игнорировать ту вонь, что стояла вокруг. За первым зомби последовало еще несколько. Так что занят я был наравне со всеми, уворачиваясь и отмахиваясь от нападающих. В свободную минутку мысленно поблагодарил Миира за то, что он догадался сегодня с утра (блин, даже не верится, что это было только сегодня утром) позаниматься со мной фехтованием, заронив зерно уверенности в своих силах, и, совершенно неожиданно, почувствовал в груди прилив тепла и что-то вроде ободрения. Как будто меня по голове погладили. Удивленно моргнув, я тряхнул головой и приказал себе не отвлекаться, хотя дурацкая улыбка сама собой выползла на лицо. Откуда-то пришла уверенность, что это ответ рыжего на мою благодарность.

Как бы то ни было, но все имеет свойство заканчиваться, как хорошее, так и плохое. В один прекрасный момент по наступившей вокруг тишине я понял, что все, победили! В следующее мгновение по горам понесся громогласный клич, которым мы единодушно приветствовали победу. В кровь поступила новая порция адреналина, и я бурно радовался вместе со всеми. Скоро меня нашел Миир и крепко к себе прижал, молча радуясь, что все обошлось. Я тоже радовался. Молча. Только обнял его покрепче и долго стоял неподвижно, никуда от себя не отпуская. Оказывается, я сильно за него волновался, пряча страх где-то в глубине души и всячески его подавляя, не позволяя выйти наружу. Но вот теперь стало можно, и меня начало мелко потряхивать от покидающего тело напряжения.

А дальше были сборы и подсчет потерь. Радость быстро поутихла, приведя на свое место печаль. Выяснилось, что дроу потеряли около десяти своих товарищей. Мы лишились Ринарру, а Кави оказалась серьезно ранена, лишившись правой руки и получив глубокую рану в боку. Все остальные отделались легкими травмами и незначительными царапинами. Хоть с Ринарру и воинами дроу мы и не были близкими друзьями, но в груди все сжималось, а слезы сами собой наворачивались на глаза, срываясь с ресниц и чертя мокрые дорожки на щеках. Терять всегда тяжело…

Согласно заведенной издревле традиции, падших полагалось сжечь на общем костре, а прах развеять по ветру. Сделать это решили подальше от места схватки. Упаковав тела погибших в плащи и погрузив на нервно фыркающих лошадей, скорбная процессия двинулась вперед. Я ехал рядом с рыжим и, не сдерживаясь, ревел. В первый раз в жизни мне не было за это стыдно.

Саму процедуру погребения запомнил смутно. В прочем, как и то, как оказался лежащим, свернувшись клубочком, под теплым одеялом. Усталость и нервное потрясение от прошедшего дня навалились как-то разом, выключая сознание окончательно.