Бегемот. Структура и практика национал-социализма 1933 - 1944 гг.

Защитники феноменологической школы победили. Они никогда не определяют преступление; они описывают типы преступников, такие как жестокий преступник, опасный преступник, молодежь, военный спекулянт, и соответствующим образом наказывают. Так, специальному суду в Штутгарте пришлось иметь дело с мелким преступником, который украл 65 марок, напав на жертву с кулаками. Суд вывел из жизненной истории ответчика (наказанного дважды ранее за незначительные преступления) и от его метода нападения, что он был типичным гангстером и профессиональным преступником. Смертный приговор был вынесен, несмотря на то что указ от 5 декабря 1939 г. был применим, только если преступник использовал опасное оружие.[900]

Ведущий национал-социалистический авторитет по уголовному праву был, конечно, прав, когда сказал, что «деятельность уголовного суда стала еще более политической.[901] Он был прав, когда говорил, что у высшей меры наказания больше нет функции причинения справедливой мести за определенное преступление; это — средство устрашения, и вопрос о его справедливости в каждом конкретном случае больше не имеет первостепенной важности. Он прав, говоря, что становится гораздо труднее различить наказание и другие меры, особенно при лечении подростков; что «вмешательство высших политических властей в судебные слушания» неуклонно возрастает; что самая характерная особенность — устойчивый рост полномочий прокурора; что влияние судебной власти уменьшается частично из-за отмены судебного самоуправления, но еще больше из-за рассеивания юрисдикции. Он предсказывает, что уголовное право и процедура скоро полностью превратятся в административное правосудие и что судья станет только административным чиновником.

Заслуживает ли такая система названия права? Да, если закон будет просто волей суверена; определенно нет, если закон, в отличие от команды суверена, должен быть рациональным и по форме и по содержанию. Национал-социалистическая правовая система — только техника массовой манипуляции посредством террора. Уголовные суды вместе с гестапо, прокурором, и палачами являются теперь прежде всего практикующими насильниками. Гражданские суды — это прежде всего агенты для исполнения команд монополистических организаций.