Ода контрразведке

– Наверное, поэтому Вадим и стал пограничником?

– Трудно сказать, что определило его выбор. Для нас он был довольно неожиданным. Я-то хотел, чтобы он пошел в авиацию. Но он твердо сказал, что хочет быть командиром. «Хочу быть спецназовцем!» – и уже в десятом классе он ходил в школу в моей полевой форме, с портупеей и в яловых сапогах. Конечно, сказывалось влияние Бочкова. В 1985 году он поступил в голицынское Высшее пограничное военно-политическое Краснознамённое училище КГБ СССР имени К.Е. Ворошилова. Поступал он по путевке райкома комсомола, экзамены сдал на ура и был зачислен, хотя конкурс составлял тогда десять человек на место. Мы, конечно, волновались за него, ездили к нему каждые выходные в течение четырех лет. Большинство его товарищей были с последнего года службы в армии или погранвойсках. А ему было только 16 лет – но он был хорошо подготовлен физически. Нельзя сказать, что он был спортсменом. Но он попробовал все – и карате, и бокс, и футбол, и лыжи. Но по-настоящему он понял, что такое пограничная служба, когда раз в квартал их отправляли в полевой учебный центр. Там выжимали все соки. А после второго курса – практика. Его направляют на море, в Геленджик. Он устроил скандал – хочу в Краснознамённый Среднеазиатский пограничный округ. Мать, конечно, пришла в ужас, пошла к начальству. Но ей посоветовали, пусть, мол, съездит, посмотрит – потом больше сам не захочет. Их туда на заставу выехала группа из семи курсантов. И именно в это время прорвалась группа нарушителей – человек пятнадцать «духов». Курсантов тоже бросили в бой, старшего группы контузило, Вадим взял командование на себя, зашел «духам» во фланг, отрезал их от границы и обеспечил задержание. Они получили благодарность командования погранотряда, и по возвращении – начальника училища. Таким было его первое боевое крещение.