Восхождение к власти: Новый порядок

– Родом я из тех краёв, – взгляд мужчины сделался более удручённым. – Участвовал в нескольких войнах, а потом перебрался сюда.

– Понятно. Какой этот край был раньше? До времён превосходства белых?

– Ты знаешь, что тут было до Конфедерации? – старик слабо пригнулся, обведя пальцем помещение заведения. – Сущий ад. Грабежи, насилие и превосходство «цветных», который жили по принципу – «мой друг тот, у кого цвет кожи похож на мой».

– Всё было так плохо? – удивился Эстебан.

– А вот этот ресторан в прошлом шёл как бордель и притон, где по дешёвке выдавали наркотики.

– Дайте предположу – и девушками тут были белокожие?

– Именно, причём загнанные насильно. И ты думаешь, что всё получилось так по сущей несправедливости, не так ли? Но предки сегодняшних жителей «цветного» населения сами выковали кандалы для своих детей.

– Понимаю, – Командор подметил репортаж по телевизору – там уточнялось, что в соответствии Конфедеративным Законом «Об исполнении наказания», белокожее население отстраняется от выполнения тяжёлого физического труда, а «цветное» фактически становится рабами.

– С ними ещё обошлись по божески. После финального сражения стороны условились – КША обеспечивает «цветное» население всем необходимым, а негры и азаиты не лезут в политику, науку и прочие «высокие» сферы жизни.

– И всё ради того, чтобы не получилось того же хаоса, что и прежде? Что ж, знакомо… у Рейха нечто подобное.

– Ты прав, сынок. Конфедерация стремится обеспечить порядок и видит ключ к нему в расовых ограничениях, как и их далёкие предки сотни лет назад.

– А как же так случилось, что белые вдруг победили в войне? – Командор взглянул на улицу, засмотревшись на то, как какой-то негр несёт пакеты с едой, обливаясь потом и тащась за мужчиной и женщиной в дорогих костюмах.

– Были обособленные коммуны, в лесах, пустырях, под землёй. Несмотря на жесточайший пресс в городах, множество выживало в тайных деревнях. К тому же победоносные войны Канцлера и мракобесие северных либералов погнало в Америку множество европеоидного населения, большая часть которого осела на юге.

– И они одолели?

– Да, понадобилось около сорока лет, чтобы снова воссоздать Конфедерацию, в новой форме и величии.

– А как отрагировали ССША?

– Про север не вспоминай, – махнул старик и с неприязнью продолжил. – Там полная вакханалия. Америка… сорок лет назад это была россыпь штатов, их осколков, сект, синдикатов, коопераций и банд. Знаешь, если юг от этого избавился, то вот ССША дали этому полную свободу. Их Федеральное правительство и Конгресс на коротком поводке у корпораций и всяких меньшинств.

– Хм, а ведь это видимо было то, что объединило север, – предположил Эстебан. – прям как в Европе, её северной части.

– А ты прав, сынок, – старик посмотрел на официантку, что поставила на столик кружку пива и тут же приложился к нему. – Федерацию только и скрепляет это. Но в отличие от европейских либералов, Правительство и Конгресс тут намного крепче, чем в том краю, где ты был, Эстебан.