Хрупкая Жизнь (СИ)
- Автор: Фай Наталья Рассказчица Фай
- Язык: русский
- Жанр: Роман, новелла
Электронная книга - «Хрупкая Жизнь (СИ)». Краткое содержание книги:
Рассуждая вслух таким образом, мальчик и не заметил, как довольно быстро добрался до одной из теплиц, что стояли в южной части фермерских угодий Голдфишеров. И тут прямо перед ним открылась дверь теплицы, и навстречу ему шагнул мрачный мистер Голдфишер. Он шёл прямо на мальчика, на ходу вытирая руки о промасленную тряпицу. При виде Вэлли его взгляд помрачнел ещё больше и резкий жест, которым он поманил мальчика к себе, не сулил тому ничего доброго.
- Я не видел тебя сегодня ни на полях, ни в теплицах, ни в хлеву... Словом, нигде, где ты должен был бы находиться, чтобы по-настоящему приносить своей семье пользу от своего жалкого существования, - медленно и грозно говорил он, возвышаясь над мальчиком и глаза его наливались кровью от гнева.
Сердце у Вэлли заколотилось где-то на уровне горла, ему показалось что вот прямо сейчас отец в очередном приступе гнева попросту убьёт его. Но тот лишь схватил его за ворот рубашки, отчего ткань жалобно затрещала, и прорычал:
- Сегодня останешься без ужина. Отсюда прямиком марш к своему месту, паршивец, и ложись спать. А завтра встанешь вместе со всеми и будешь работать, как все, вместо того, чтобы слоняться попусту без дела. А не станешь трудиться - так я прослежу за тем, чтобы никто больше в этой семье никогда не кормил тебя. Подыхай с голоду, раз не хочешь отрабатывать свой хлеб. Тебе всё понятно?
Вэлли заставил себя кивнуть, и отец со всей силы встряхнув мальчика за шиворот, оттолкнул его в сторону дома. Вэлли по инерции пролетел вперёд и рухнул в красноватую глиняную пыль, оцарапав щёку, но тут же взял себя в руки и встал, несмотря на жгучую боль. Стараясь не смотреть на отца, он кое-как отряхнулся и ушёл внутрь, не дожидаясь, пока тот пинками загонит его в дом.
Мальчику была отведена узкая койка в маленькой комнатушке рядом с выходом на задний двор. По большому счёту в этой комнатке можно было только спать, ни для чего больше там толком не было места. Ни шкафа, ни даже какого-нибудь захудалого столика, чтобы тренироваться выписывать числа и литеры... Голдфишеры оплатили обучение только самому старшему своему сыну Гаррету, остальным же не полагалось учиться, только работать. Поэтому мечтам Вэлли о том, чтобы научиться писать и рисовать не суждено было сбыться. Пока Гаррет ещё не уехал в Лондон, он обучил мальчика кое-как читать по слогам, и тот мог хоть как-то скрасить свои вечера за чтением одной-единственной своей книги про волшебника Мерлина и рыцарей круглого стола, подаренной Гарретом. В те вечера, когда ему удавалось раздобыть свечной огарок, Вэлли садился поперёк своей кровати, упёршись спиной в стену и вытянув ноги по направлению к другой стене, раскладывал книгу на своих коленях и бережно переворачивал страницу за страницей, держась за самые их края и тихонько шепча что-то, словно разговаривая со своими старыми друзьями, которые жили внутри книги.
Сидя таким не очень удобным способом, мальчик постоянно отмечал, как уменьшается расстояние между его стопами и противоположной стеной. Чем больше он рос, тем меньше, казалось, становилась эта комната. Но даже если бы родители и предложили ему переселиться в более просторную общую детскую комнату, Вэлли предпочёл бы избегать общество братьев, которые все как один, терпеть его не могли и постоянно над ним измывались. Лучше уж так ютиться, всё-таки какое-никакое, а отдельное жильё, своё личное...
Постоянно ощущая, как горит ободранная щека, и стойко игнорируя боль, Вэлентайн снял с себя всё, кроме нижнего белья, и привычно уселся поперёк своей скромной кровати. Сегодня у него не было ни свечного огарка, ни настроения для чтения... Его одолевал голод. Мальчик пошарил под старым, продавленным матрасом в надежде обнаружить там завалявшееся сушёное яблоко или огрызок пирожка, но в этот раз везение изменило ему. Он обнаружил только книгу, которую одолжила ему Эмили. Вэлли закусил губу и, сдерживая слёзы, уставился в закопчённый потолок. Хоть ему было и не привыкать к такому обращению, обида всё равно жгла его изнутри...
Лишение ужина было таким же привычным наказанием для него, как побои, или позорный столб. Мальчик ещё и поэтому завёл привычку всегда иметь при себе что-нибудь съестное, но сегодня он не озаботился о более серьёзных припасах, чем парочка небольших сухариков и теперь поплатился за это. Его желудок скрутило болью. Постоянное недоедание не могло не сказаться пагубно на растущем организме, который требовал подбрасывать в себя всё новое и новое топливо, как в урчащую печку. Вэлли погладил рукой свой тощий живот и тяжело-тяжело вздохнул. На летней кухне наверняка осталось хоть что-нибудь съедобное, и недовольно урчащий пустой живот подстрекал его к тому, чтобы дождаться, когда во всех зданиях на ферме погасят свет, и сделать тайную вылазку. Но поразмыслив, он решил, что это слишком рискованно. Если его застукают, или утром обнаружат недостачу продуктов, быть беде.
И тут же мальчику пришлось порадоваться своему благоразумию, ибо буквально через несколько минут после того, как лампы погасили, дверь в его комнату скрипнула и отворилась, пропуская высокую фигуру мистера Голдфишера. Он окинул взглядом неподвижно сидящего мальчика и тихо, веско и угрожающе сказал:
- То-то же... Знай своё место. Ты должен быть благодарен нам с матерью за всё, что мы для тебя делаем. И лучше бы тебе больше не злить нас, парень. Не провоцировать своими наглыми выходками. Делать только то, что тебе дозволено, и не идти поперёк запретов. И когда я говорю это, я имею в виду, что отныне запрещаю тебе без разрешения покидать ферму. И также я запрещаю тебе ещё когда-либо заявляться в дом этих наглых выскочек Уэйнрайтов, которые вообразили, будто могут мне указывать, как мне следует воспитывать своего собственного ребёнка. Хотя, их не в чем винить. Они-то с тобой не жили, и не знают, насколько ты невыносим...
Вэлли попытался было что-то сказать в своё оправдание, но едва лишь он раскрыл рот, как отец предостерёг его резким рубящим жестом и пророкотал:
- Я всё сказал, парень! Ещё хоть раз пропустишь работу, или убежишь к своей ненаглядной девице, или просто так сбежишь из дома - я тебя найду и сам своими собственными руками выпорю так, что на тебе живого места не останется, и после выброшу в дорожную канаву подыхать! Тебе всё ясно?!
Вэлли обрчённо кивнул, и отец тут же с грохотом скрылся за дверью, зло отстукивая шагами по деревянному полу.
Ту ночь Вэлентайн Голдфишер провёл без сна, без покоя. Горящая щека и ноющий живот только лишний раз подтверждали, в каком печальном положении он оказался, живя среди своих же собственных ближайших родственников. Всё внутри него сжалось от боли.