Белая королева [litres][Die Weiße Königin-ru]

Как только это произойдет, никто не осмелится перечить Бао Ли, второму придворному лекарю хана. От имени хана Бао потребует вернуть принцессу Марсиа к Передвижному Двору.

Наконец-то привели несчастных дозорных. Многие из них были ранены – они пытались остановить понесшихся лошадей. Ни о какой справедливости тут речи не шло. Никто не смог бы предотвратить коварное нападение смрадников. Их выходка была сущим безумием, причем бессмысленным. Железной орде не нужны лошади, чтобы напасть на укрепление. Они все равно собирались атаковать пешим строем, как сегодня. Вот только во второй атаке будет куда больше воинов и вверх по холму пойдут уже более опытные солдаты. Так зачем разгонять лошадей?

Непросто понять ход мыслей народа, который до сих пор не осознал, что стоит совершать омовения хотя бы раз в день, дабы не пугать незнакомцев при встрече чудовищным смрадом немытого тела.

Дозорных уложили на землю рядом с рыцарем и Ангом Минем в четыре ряда. Вокруг собралась целая толпа. Воины Железной орды шли отовсюду, чтобы посмотреть на казнь. Все больше провинившихся приводили к месту казни, потому им приходилось ложиться сверху на тех, кто уже был на земле.

В толпе тихо переговаривались, и до Бао донеслись обрывки фраз: воины шептались о том, что эта казнь несправедлива. Бао от рождения был наделен тонким слухом, и этот дар помог ему достичь столь высокого положения при Передвижном Дворе куда больше, чем талант лекаря.

– Поднимите Анга Миня! – вдруг приказал генерал Юй. – Он поплатится за свой проступок иначе. Остальных мы предадим лошадям.

Облаченного в шелка военачальника вытащили из груды тел и отвели в сторону. Сразу после этого на приговоренных положили пол, сорванный в юрте принцессы, – доски, прибитые гвоздями к крепким балкам.

К доскам, уложенным на тела, приставили широкие сходни, и по этим сходням слуга завел коренастого вороного коня генерала.

Бао услышал стоны людей: слуга вел коня по кругу, и доски давили на них, ломая им кости.

Генерал Юй подозвал других слуг с лошадьми. По деревянным сходням поднимался один конь за другим.

Крики боли становились все громче. Разговоры в толпе стихли. Воины с окаменевшими лицами смотрели на казнь.

Земля вокруг досок обагрилась кровью. Балки уже опустились так низко, что коням больше не нужны были сходни.

Вскоре стоны умирающих затихли. Те, кого не раздавил вес лошадей, задохнулись в груде тел.

– Мой брат лежит там… – прошептал кто-то за спиной Бао. – Он согласился подменить меня сегодня в дозоре…

В этом шепоте слышалась ненависть к генералу.

«Яд, которым я отравил Сяна, уже начал распространяться в сердцах его воинов», – удовлетворенно подумал Бао.