Глаза смерти (СИ)

Когда за окном стало смеркаться, Артур стал готовиться к выходу в свет. Хотя гораздо привычнее ему было выходить в полусвет с его огнями гей-притонов, красноватым инфернальным мерцанием бдсм-клубов, похотливыми потными телами и протяжными стонами в полутьме… Но сегодня он шел на концерт барочной музыки как воспитанный, благопристойный молодой человек.

Юноша долго и тщательно прихорашивался перед зеркалом, накладывая на лицо легкий, едва заметный макияж, чтобы выглядеть интереснее, ухоженнее, ну и, что там говорить, сексуальнее. Надел костюм, четырежды завязывал галстук, прежде чем добился идеального узла, причесался, проверил маникюр, а также до блеска ли начищены ботинки, накинул пальто, тщательно повязал шарфик и вышел из дома.

Улица, где он жил, была малолюдной: здесь не было магазинов, только жилые дома. Артур сразу заметил две стоявшие неподалеку темные фигуры. Это были “защитники”, присланные заботливым Ферренсом. Артур мысленно пожелал им провалиться сквозь землю.

Накрапывал холодный дождь, было зябко и неуютно. Но улица Квинсуэй, на которую свернул Артур, как всегда, бурлила людскими потоками, которые текли мимо берегов сверкающих витрин магазинов, ярких окон кафе и ресторанов… Артуру всегда нравилось двигаться в разноязыкой, многоголосой толпе, где смешивались англичане, европейцы, арабы, африканцы, индусы, неведомо кто еще. Здесь он чувствовал себя незаметным и даже невидимым. Здесь, в разноголосом гуле и сверкающих огнях исчезали терзавшие мальчика страхи и отчаяние. Здесь он чувствовал себя спокойно и уверенно. Артур нырнул в людское море лондонской подземки и 20 минут трясся в вонючем обшарпанном вагоне до Вестминстера.

Когда он снова поднялся на улицу, уже совсем стемнело, но центр Лондона был полон ярких огней. С Темзы на улицы врывался холодный ветер, дождь усилился. Артур быстро двигался по Сент-Маргарет-стрит между громадами Вестминстера, вышел на Абиндон, свернул на Грейт-Питер-стрит, затем на тихую в этот час Лорд-Норд-стрит и увидел бывшую церковь Сент-Джонс в стиле английского барокко с четырехугольными башнями и величественным ломаным фронтоном.

Чуть поодаль он заметил большой лимузин с автомобилем сопровождения, и снова почувствовал приступ тревоги.

Внутри бывшей церкви народу было уже достаточно много. Ни на кого не глядя, Артур быстро прошел в зал и сел на свое место. Слева от него уже сидела пожилая дама в наряде странного цвета – не то малинового, не то фиолетового – но в любом случае, на вкус Артура, отвратительного. Место справа оставалось свободным. Артур чуть прикрыл глаза, готовясь погрузиться в спокойные волны музыки Генделя, и тут кто-то опустился на стул справа. Даже не глядя, Артур понял кто это. Конечно, Ферренс.

Артур превратился в мраморную статую, но мозг его лихорадочно заработал. Он никому не говорил, что пойдет на концерт в Сент-Джонс, однако Ферренс узнал об этом. Значит, Ферренс каким-то образом отслеживает его действия в интернете, ведь именно там Артур заказал билет. Возможно, Ферренс также читает его электронную почту и прослушивает телефон. Сумасшедший. А может быть, он не сумасшедший? Может быть, он узнал?.. При этой мысли сознание мальчика заволокла ледяная тьма ужаса.

- Добрый вечер, мистер Алверт, – Ферренс произнес это мягко и приветливо.

Артур промолчал.

– Не бойтесь меня, мистер Алверт, – с усмешкой сказал Ферренс. – Я не собираюсь бросаться на вас, тем более, здесь, в храме музыки. Разве я похож на психопата?

Ответом было ледяное молчание.

- Мистер Алверт, я ведь рассказывал, почему мне хочется ближе с вами познакомиться. Рассказывал вполне искренне. Мне казалось, что я могу рассчитывать если не на ответную искренность, то хотя бы на доброжелательность. Чем я заслужил такое отношение с вашей стороны? Разве я когда-либо причинял вам зло?

Поворот белокурой головы с точеным профилем. На Джеймса смотрели темные глаза, полные лютой ненависти. Затем Артур молча отвернулся. Кобра снова превратилась в ледяного принца.

- Мистер Алверт, в чем причина вашей неприязни, я хочу знать!

Молчание.

- Мне кажется, за этой неприязнью скрывается страх. Чего вы боитесь?

Изящные, ухоженные руки сжались в кулаки, губы превратились в тонкие ниточки. И снова юноша не произнес ни слова.

- Поверьте… Артур. Я все-таки буду называть вас Артуром, и по-прежнему надеюсь, что вы будете называть меня Джеймсом. Так вот, Артур, поверьте, ваше отношение вызывает у меня непонимание, досаду, разочарование, горечь и боль, наконец! Разве я это заслужил? Я настаиваю, чтобы вы мне ответили! – последние слова Джеймс произнес жестко и властно.

Но сидевшая рядом мраморная статуя хранила холодное безмолвие.

Свет в зале медленно погас. Начался концерт.

Потекли струи музыки. Джеймс не был любителем Генделя. Его музыка казалась Джеймсу скучной, однообразной, но сейчас она расслабила его натянутые нервы, и Джеймс стал погружаться в сладкую дремоту. Первое отделение пролетело незаметно. Джеймс был полон решимости возобновить атаку в антракте. Но только стихли аплодисменты, как мальчишка, не успел Джеймс сказать ему и слова, поднялся и быстро стал пробираться к выходу. Джеймс устремился за ним и настиг у самых дверей, положив ему руку на плечо.

- Не остаетесь на второе отделение? – спросил он. – Вижу, вы не поклонник Рамо?

Мальчик молча вырвался и двинулся дальше, на ходу завязывая шарфик. Джеймс уже заметил, что у Артура была очаровательная манера носить шарфики, этим он совершенно не походил на коренных лондонцев. Скорее, на парижанина. Может быть, он прежде жил в Париже? И даже сейчас, торопясь и нервничая, Артур двигался на редкость легко и грациозно, так что Джеймс невольно залюбовался и даже остановился. Но мысль о том, что ледяной красавец снова ускользнет, больно царапнула по сердцу, и Джеймс ринулся за ним, обогнал и преградил ему путь.