Мое последнее желание

Тысячи свечей освещали зал, но кроме них яркими вспышками вспыхивали огненные языки, выпущенные городскими артистами. Они играли с огнем или же гасили свечи хлыстами.

В другой стороне зала проходил танец девушек в белых нарядах, изображающих лебедей.

Не обошлось, конечно, без шутов, рассказывающих ужасные шутки.

И конечно же, музыки и танцев.

И пусть бал показался мне невероятно красивым, впечатление испортилось после разговора с Инквизитором.

Мужчина будто намеренно зашел в зал, привлекая к себе внимание почти всех присутствующих. Не ожидала увидеть в толпе столько нервных переглядываний. Но к ним еще и добавилось любопытство, что за девушка сопровождала жестокого повелителя Затмения.

И пусть мне хотелось раствориться в толпе и уйти, я не могла, потому что должна была сопровождать Инквизитора.

Тому, кажется, было в удовольствие видеть меня смущенной таким вниманием.

Удивительно, как влиял Антоний на присутствующих. Я всем естеством ощущала страх людей перед ним. Даже особ, которые, на первый взгляд, казались ничем не хуже короля. Они тупили глаза, если Инквизитор оказывался рядом или приветствовал их. Казалось, втайне каждый боялся, что тот узнает их секреты, даже если они не относились никаких образом к магии.

Теперь понимаю, почему подсознательно сама боялась находиться рядом с ним и как пыталась сделать все, чтобы не пересечься с мужчиной в коридоре.

Вместе с Инквизитором мы прошлись по залу, он вручил мне в руки бокал с вином. Мужчина мягко улыбнулся, чокнулся с моим бокалом и выпил свой напиток почти до дна.

Пришлось заставить себя сделать несколько глотков, надеясь, что вино разрешит немного расслабиться.

Мы походили по залу, понаблюдали за артистами, выходили на веранду, что подышать воздухом.

И когда загремела музыка, подталкивающая к медленному танцую, Инквизитор увлек меня в самую просторную часть зала.

Когда заиграла музыка, повелитель Затмения прижал меня к себе и уверенно повел в танце. Вопреки ожиданиям, он держал меня за ладонь нежно, хотя ждала, что сожмет до боли.

Но меня ужасно нервировало то, что мужчина слишком плотно прижимал к себе. Наши лица были так близко, что пришлось уткнуться взглядом в его черный мундир.

— Очень приятный аромат, — вдруг произнес Инквизитор, чуть наклонившись вперед, почти касаясь носом моих волос.

— Спасибо, мессир.

— Ты все еще чувствуешь страх, Катарина, но тебе не нужно меня бояться.

Он наклонился к самому моему уху, и горячее дыхание обожгло шею.

— Пока будешь такой же послушной.

Лицо вспыхнуло и резко стало жарко от его слов. Тело невольно задрожало, и даже попытки скрыть свое волнение, не могли обмануть мужчину.

— Что это значит? — облизав пересохшие губы, уточнила у него.

— Это значит, что тебе нужно и дальше быть кроткой и сговорчивой. И можешь не беспокоиться о том, что происходит за дверьми моей инквизиции.