Уплотнение границ. К истокам советской политики. 1920–1940-е

На европейских границах СССР подвиги пограничников были менее впечатляющими. Здесь в качестве заслуг чаще всего упоминалась ликвидация банд, действовавших в пограничной полосе, и задержание шпионов, диверсантов и контрабандистов. Цифры были ключевым аргументом, но роль играла и прошлая деятельность отряда. Так, в послужном списке 17-го Тимковичского отряда, служившего на польско-белорусской границе, значилась ликвидация в 1931–1935 годах «крупных диверсионных банд Люцко, Дасюкевича, контрреволюционной организации „Братство русской правды“, диверсионных групп Макареня и Ефимчика, Янчука и др. диверсионных групп братьев Волнистых, Жирук, Мирошевского, Дробеня, Дыба, банды Ковалени и др.». Кроме того, начиная с 1924 года его бойцы задержали 7395 нарушителей границы, включая свыше 1000 шпионов и диверсантов и 1438 контрабандистов. В результате отряд был награжден орденом Красного Знамени, как и 23-й Каменец-Подольский погранотряд[166].

Разница между восточными и западными границами с точки зрения награждений со всей очевидностью проявляется на уровне отрядов. Из 11 погранотрядов, удостоенных наград, 8 дислоцировались в Средней Азии и на Дальнем Востоке. Отсюда поступало и самое большое количество рапортов о подвигах отдельных пограничников, в том числе погибших в боях. Почести, которых они удостаивались, пока что носили локальный характер. Но уже в 1927 году зафиксированы случаи присвоения погранзаставам имен погибших героев[167]. Начиная с 1935–1936 годов это могло сопровождаться церемониями общесоюзного масштаба. Широкую известность приобрело имя Валентина Котельникова, командира отделения, павшего 12 октября 1935 года при защите заставы Волынка от японской атаки[168]. Тело молодого пограничника было с почестями захоронено в Гродекове, а его семье было назначено единовременное пособие в размере 2000 рублей и ежемесячная пенсия[169]. В снятом в начале 1936 года эпизоде кинохроники можно было увидеть двоюродного брата героя, который пришел служить на ту же заставу, носившую отныне имя Котельникова[170]. Не следует, однако, забывать и о тех, чья гибель не была окружена почестями. Это касалось прежде всего пограничников, захваченных в плен или погибших и захороненных по другую сторону рубежей[171]. Просьбы передать на родину тела погибших оставались редкостью.