Играющее Средневековье [litres]

Аза Петренко. С первого класса я ходила гадать учителям. Все ведь в школе знали мою бабушку. Вся наша династия в той школе отучилась. Но, надо сказать, учителям я чаще гадала все-таки на кофе, а не на картах.

Работать с картами я начала с восьми лет. Тогда бабушка подарила мне МОЮ колоду карт. Я называю ее «Черная колода». Бабушка сказала, что она очень мне подходит, так как такая же жгучая, серьезная и сложная, как и я. Понимаю, что колода эта была куплена в магазине (ее тоже привезли нам из Польши), ведь она была абсолютно новая, но преподнесли мне ее не в коробочке, а замотанной в льняную серую тряпочку. Вероятно, потому, что перед тем, как вручить ее мне, бабушка наговаривала карты.

Этими картами я и пользуюсь по сегодняшний день, никогда им не изменяю. Правда, приходится докупать иногда такие же карты, и время от времени заменять то одну, то другую, так как они изнашиваются. Но просто взять и начать использовать другую колоду, пусть и точно такую же, я не имею права. Подмениваю карты по одной, жду, когда они приживутся, потом могу еще одну заменить. И естественно, старые карты не выбрасываю, я их прячу.

Я считаю, что колода карт живая. Карты из этой колоды – не просто бумажки с картинками, это, в некотором смысле, человек, который всегда со мной. И это очень близкий человек мне, член семьи. Карты могут капризничать, как человек, могут уставать. Я без этой колоды не выхожу из дома. Она всегда лежит у меня в сумке. Это не значит, что я постоянно достаю карты и использую, нет. Просто я с ними не расстаюсь. С восьми лет и по сей день они всегда со мной. Если я иду в магазин, они со мной, если я еду в отпуск, они со мной. Я паспорт могу забыть дома, но не карты.

А еще недавно сама себя поймала на том, что, когда заканчиваю работать и складываю карты, я обязательно их целую. Это правда. И когда я их достаю из своего кошелька, я их тоже целую. Я никогда не обращала раньше внимания, ведь это происходит просто машинально, как ты целуешь любимого человека, члена семьи.