История одного мира. Часть I

Советник сидел на верхней ступеньке главной лестницы Королевского дворца и доводил до ума официальное обращение Его Величества к народу по поводу смерти его матери. О, знали бы люди, сколько усилий приходится прикладывать Советнику, чтобы создать по кусочкам образ Круела Милосердного, Круела Справедливого, короля, которого любит народ. Самое печальное, что сам Великий Пророк ни капли не помогал своему покорному слуге в этой неблагодарной работе – вот и вчера в порыве гнева он разнес полдворца и выкинул в окно троих молодых гвардейцев. За ночь он более-менее успокоился, злость прошла, осталась только тоска – король уже несколько часов сидел на троне, опустив голову на руки, в зал никого не пускали. Мать была для него самым близким человеком, и Круел, похоже, до сих пор не мог поверить в случившееся. При этом, на известие о смерти сестры, поступившее в середине ночи, он отреагировал со спокойным равнодушием – к прочим родственникам король не испытывал ровным счетом никаких чувств.

Обычно Советник почти всегда мог достучаться до сознательной части разума короля, но не в этот раз. То, что происходило сейчас с правителем, было сродни стихийному бедствию – ты можешь попытаться что-нибудь предпринять, можешь стараться как-то успокоить, но результат будет неизменно один – буря тебя размажет по стенке. Именно поэтому Советник с присущей ему разумностью до поры до времени решил не подходить к королю – со всеми донесениями он посылал своих помощников, сам при этом оставаясь в относительной безопасности. Тем не менее, сейчас определенно нельзя было задерживать пресс-конференцию: на площади у подножия лестницы собралась целая толпа репортеров, и гул их возбужденных голосов нарастал с каждой минутой. Журналисты – это такая особенная каста людей, чье терпение лучше не испытывать, будь ты хоть фермером, хоть королем. А специфика работы Советника обязывала холить и лелеять этих созданий, поддерживать теплые дружеские отношения (что далеко не всегда было просто и приятно) и регулярно умасливать продуманными и, желательно, дорогими подарками.

Советник поднялся со ступенек, поправил немного скосившийся галстук-бабочку бордового цвета и, прочистив горло, вкрадчиво и громко объявил акулам пера, что через пятнадцать минут к ним выйдет Великий Пророк. Гул на несколько мгновений затих, но затем стал нарастать с новой силой.

Советник развернулся на каблуках черных лакированных туфель и быстрой походкой, слегка сутулясь, удалился через приоткрытые ворота дворца. Когда он оказался в тишине полутемного холла, к нему тут же подбежали два молоденьких служащих его отдела – Вжик и Прыг, как он их называл про себя за неимоверную прыткость, вызванную желанием выслужиться. Указания он раздавал быстро и уверенно, информацию слушал внимательно и усваивал ее моментально – именно благодаря четкости и профессиональности он и умудрялся оставаться на своем посту уже много лет. Вжик и Прыг, получив задания, мгновенно разбежались в разные концы дворца, а Советник все той же стремительной походкой направился в тронный зал.