Одна сумасшедшая неделя (СИ)

— Верни моего брата и сестру! — коротко приказала она. В отличие от Роланы, её слова звучали убедительнее, хотя и намного тише. — И я отдам тебе всё, что пожелаешь, — она кивнула на перстень.

— Дорана, — произнёс король.

— Прости, отец, — тихо выдохнула девушка, у которой либо от бега, либо от волнения сбилось дыхание, и снова уставилась на меня.

— О цене с Его Величеством уже было обговорено, — встряла в разговор Катя, отнимая у меня перстень, который всё ещё лежал на раскрытой ладони, и возвращая его девушке.

Та прерывисто выдохнула, неуверенно сжимая его в ладони.

— Мы постараемся помочь, — неловко улыбнулась Катя, видимо, желая успокоить королевскую дочь.

========== Глава 18. (Ролана) В другом доме. ==========

Я очень смутно помнила, как почувствовала дурноту, как Лила подхватила меня и, чуть ли не за ворот вытащила из подвала на свет. Это всё сохранилось в памяти какими-то вспышками. Вот Реган режет себе руку. Вот я чувствую, как мои ноги подкашиваются. В следующий момент я уже, повиснув на оборотне, иду по ступенькам, едва перебирая ногами. И вот я уже сижу на диване, вокруг меня куча людей, имена которых я даже запомнила (в кои-то веки добрым словом помянула приёмы, на которых присутствовала, церемониймейстеры и отец требовали, чтобы я знала имена прибывших послов, так что память была натренированна) и две дриады.

К которым и было приковано основное внимание.

— Моя идея разыскать ведьму, отдать ей дриад и отпустить на все четыре стороны по-прежнему никому не нравится? — поинтересовалась высокая темноволосая женщина, которая сейчас, хотя и старалась сохранить бесстрастный вид, нервно накручивала локон на палец.

— Вик! — мать Станиславы с силой хлопнула по обивке дивана, за которым она стояла.

На Викторию это действие особого эффекта не возымело, вместо этого она схватила одну из дриад и подняла её на уровень глаз.

— Ты — та, за которой охотятся?

Девчонка замерла с широко распахнутыми глазами и приоткрытым ртом, словно она уже хотела ответить, но вдруг забыла слова. Только глаза у неё бегали по комнате, ища спасения и в них застыл призыв о помощи. Наконец, немного придя в себя, она пискнула: “Я Люциана”.

Виктория неохотно её отпустила и преградила ладонью путь второй дриаде, которая в это время пыталась спрятаться за разбросанными на маленьком столике бумагами. Успеха они обе в этом не добились, потому что девчонка была перехвачена Стасей, которая уже вполне пришла в себя после произошедшего в подвале и даже нашла в себе силы усмехнуться, глядя прямо в глаза Виктории.

Мне стало страшно от мысли, что могут натворить ведьмы в ссоре.

— Тут дело не в том, чтобы вернуть их домой… — задумчиво произнесла Стася, прикрывая от своей тётки Фалану.

— Потому что это необходимо сделать! — отрезала Виктория.

Но перебить юную ведьму у неё не удалось, та тоже повысила голос, продолжая. Мне даже показалось, что весь смысл сводился к тому, чтобы не согласиться с Викторией, а не спасти дриаду, мир, вернуть нас домой… Всё было только ради того, чтобы поспорить.

Я почувствовала, что Реган силой удерживает меня на месте, так как я уже готова была встать с дивана, выступить вперёд и высказать всё, что я думаю о ведьмах. Реган, кажется, был готов высказать всё, что он думает обо мне. Его раненая рука лежала на моём плече, часть бинта касалась шеи. Как он ещё умудрился не закрыть мне рот ладонью!

Обернувшись и встретившись взглядом с его карими глазами, я поняла, что до этого действия оставался всего лишь шаг.

Уверена, для ведьм это не прошло незамеченным, но они продолжили собственный разговор, как ни в чём не бывало, разве что Станислава выдавила неприятную ухмылку. Но я не была уверена, относилось это ко мне или к Виктории.

— Я говорю, что это слишком важная птица, — девушка подняла дриаду выше, чтобы все могли её увидеть, и Люциана, — она кивнула на девчонку, которая с опаской наблюдала за происходящим, прижавшись спиной к кипе бумаг, — опасается, что Тевич не сможет справиться с той силой, которую хранит в себе Фалана, и тогда…

— И тогда их миру кирдык! — подвёл итог отец Станиславы, положив в качестве поддержки руку на плечо дочери.

Казалось, один и тот же жест и у него, и у Регана. Но насколько разное отношение в них было!

Виктория хмыкнула.

— Да понимаю я! — не выдержала она, резко вскакивая со своего места. — Понимаю, чёрт возьми!

Она шагнула к мужу, на контрасте с которым казалась совсем маленькой и худой, обхватила голову руками и с силой потёрла виски. Михаил попробовал было обнять её, но женщина дёрнулась, не позволяя этого сделать.

— И это — единственная причина, почему я ещё сама не нашла вашу ведьму и не отдала ей дриад! — она резко развернулась, обвиняюще глядя на меня и Регана, словно это была лично наша ведьма, которая так некстати сбежала из нашего мира. И это при том, что мы могли пострадать сильнее всех!