Звёзды в сточной канаве
- Автор: Бешлык Андрей
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Контркультура
Электронная книга - «Звёзды в сточной канаве». Краткое содержание книги:
Но только лишь я взглянул на обложку, как мой интерес из праздного превратился в самый что ни на есть животрепещущий.
Дело в том, что до попадания в диспансер я был не просто сильно пьющим человеком, а гремучей смесью трудоголика и алкоголика.
Я сильно уставал от суеты, связанной с работой, подработкой, познавательным чтением и творческой активностью. Но в некотором роде мне постоянные ударные дозы адреналина даже нравились.
Заканчивалось это всякий раз типично. От хронического переутомления и постоянного страха неудачи я неизбежно ломался и запивал.
После чего, в свою очередь, приходилось вкалывать на пределе возможностей, уже для того, чтобы восстановить пошатнувшееся материальное положение и уважение в коллективе.
Крутился, как белка в колесе, не считая нужным остановиться и осмотреться, чтобы найти выход из него. Скользил по поверхности жизни, пренебрежительно отмахиваясь от посещавшего иногда желания хоть раз глубоко и правдиво взглянуть в себя с альтернативной точки зрения.
В больнице я впервые за несколько лет хоть ненадолго вышел из порочного круга спешки и суеты, чтоб отдохнуть, вспомнить что не сказано, не сделано, не обдумано за прожитые, в общем, немало лет.
И увидев в своих руках собрание сочинений Антуана де Сент Экзюпери, неподдельно обрадовался.
Ведь уже не первый год, когда в перерывах между чтением профессиональных статей заходил в контакт расслабить мозги, видел цитаты из «Маленького принца» в пабликах духовно-нравственного содержания, на которые подписался, чтобы хотя бы такими короткими выдержками вспоминать разумное, доброе, вечное.
А в этом издании он весь целиком.
В конце.
Я часто при чтении художественной литературы забегаю в середину и конец, не в силах сдержать любопытство и побыстрее узнать развитие сюжета.
Но сейчас я решил читать строго по порядку, от первой страницы до последней, все повести и романы, от первого до последнего.
А первыми издатель поместил автобиографические произведения лётчика.
В оставшийся небольшой промежуток времени до обеда я начал повесть «Ночной полёт». И до того увлёкся, что вопреки уже сформировавшейся привычке растягивать скудные порции еды и смаковать сигарету после, и то и другое поглотил залпом, чтобы как можно быстрее вернуться к прерванному чтению.
Может быть, я слишком впечатлительный, но как только я вынул закладку на нужной странице, больничной палаты вокруг не стало.
А перед моими глазами возник 1930-й год.
Часть света, которая практически прямо противоположна Прибалтике, если провести мысленно линию по диаметру земного шара.
Старые, тихоходные самолёты с поршневыми двигателями вместо реактивных, и без всяких навигационных приборов, сквозь десятки и сотни километров подмигивают друг другу бортовыми огнями, следуя на Южный крест и Сириус над горами и степями Латинской Америки.
Снизу эти летающие машинки кажутся маленькими-маленькими.
И по сравнению с пролетаемым расстоянием, они такие и есть.
А внутри этих чудес тогдашней инженерной мысли сидят за рулём интернациональные экипажи, собранные с миру по нитке из наиболее отважных представителей рода человеческого.
В числе которых и автор состоял. Ему было ровно столько же лет, сколько мне в те дни.
И у него было то, отчего мне стало досадно, что этого недоставало во мне.
Храбрый до безрассудства, он полагал само собой разумеющимся презирать опасности, бороться с трудностями.
Внезапно, выпадавшие на мою долю испытания, которые мне казались такими тяжкими, оказались пустяковыми, не составляя и одного процента от тех, с которыми приходилось сталкиваться героям повести, как с ежедневной привычной рутиной.
И тем не менее, я и перед лёгкими порывами ветерка в житейском море, касавшимися лично меня, умудрялся трусливо спасовать.
За ужином, за несколько минут до которого я успел закончить повесть, чувства мои были смешанными. Восхищение знаменитым французом, прославившимся как писатель и пилот, и стыд за себя любимого.
Я пытался уйти в чтение с целью бегства от реальности. Но она всё равно неумолимо врывалась в мои размышления, не давая забыться.
Узнав возраст писателя во время сочинения повести, я не удержался от сравнения между автором и мной.
Получилось небо и земля. У Сент-Экзюпери небо, которое он бороздил за штурвалом. А у меня земля, на которой я в последние несколько лет от случая к случаю валялся, с каждым годом всё чаще.
Когда я после защиты диплома в университете впервые попал в вытрезвитель, как есть, в пиджаке и в галстуке, то стесняясь спросить у милиционера напрямую, поставят ли за это на наркологический учёт, сформулировал вопрос по-другому: