За фасадом сталинской конституции. Советский парламент от Калинина до Громыко

На всякий случай было постановлено: «Настоящее решение, если оно будет одобрено Цека РКП, не публикуется, а передается национальным Цека как циркулярная директива для его проведения в советском порядке через ЦИКи и съезды Советов упомянутых выше республик до созыва Всероссийского съезда Советов, на котором декларируется оно как пожелание этих республик»{181}.

25 сентября материалы комиссии были направлены В. И. Ленину в Горки, а Секретариат ЦК РКП(б) поспешил разослать резолюцию комиссии всем членам и кандидатам в члены ЦК к Пленуму, назначенному на 5 октября{182}. Как в пословице: «Поспешил – людей насмешил». Только вот Сталину и его товарищам по Секретариату ЦК было не до смеха.

26 ноября В. И. Ленин написал Л. Б. Каменеву и в копии всем членам Политбюро ЦК РКП(б): «Вы, наверное, получили уже от Сталина резолюцию его комиссии о вхождении независимых республик в СССР. Если Вы не получили, возьмите у секретаря и прочтите, пожалуйста, немедленно. Я беседовал об этом вчера с Сокольниковым, сегодня со Сталиным. Завтра буду видеть Мдивани (груз[инский] коммунист, подозреваемый в “независимстве”). По-моему, вопрос архиважный. Сталин немного имеет устремление торопиться. Надо Вам (Вы когда-то имели намерение заняться этим и даже немного занимались) подумать хорошенько; Зиновьеву тоже. В параграфе 1-м сказать вместо “вступления” в РСФСР – “Формальное объединение вместе с РСФСР в Союз сов[етских] республик Европы и Азии”»{183}. Вождь пояснил для особо одаренных товарищей по Политбюро: «Дух этой уступки, надеюсь, понятен: мы признаем себя равноправными с Украинской ССР и др. и вместе и наравне с ними входим в новый союз, новую федерацию, “Союз Советских Республик Европы и Азии”»{184}. Второй параграф В. И. Ленин также потребовал изменить: «Нечто вроде создания наряду с заседаниями ВЦИКа РСФСР – “Общефедерального ВЦИКа Союза Советских Республик Европы и Азии”. Если раз в неделю будет заседать первый и раз второй (или даже 1 раз в 2 недели второй), уладить это не трудно. Важно, чтобы мы не давали пищу “независимцам”, не уничтожали их независимости, а создавали еще новый этаж, федерацию равноправных республик»{185}. Были и другие предложения по переработке сталинского проекта{186}, однако они не столь существенны для настоящего исследования.

В. И. Ленин написал Л. Б. Каменеву: «Сталин согласился отложить внесение резолюции в Политбюро Цека до моего приезда. Я приезжаю в понедельник, 2/Х. Желаю иметь свидание с Вами и с Рыковым часа на 2 утром, скажем, в 12—2, и, если понадобится, вечером, скажем, в 5–7 или 6–8. Это мой предварительный проект. На основании бесед с Мдивани и др. товарищами буду добавлять и изменять. Очень прошу и Вас сделать то же и ответить мне»{187}. Не зря заместитель В. И. Ленина в правительстве А. Д. Цюрупа написал в воспоминаниях о вожде большевиков: «В[ладимир] И[льич] был человек себе на уме»{188}.