Ненавижу тебя
- Автор: Шварц Анна
- Серия: Нормальные мужики (занесены в Красную книгу). #1
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Ненавижу тебя». Краткое содержание книги:
— Никто. Я сам захотел, — просто отвечаю я, — хватит третировать человека. Вы просто не даете ей набить свои шишки и вырасти в самостоятельную личность.
— Элиас, — голос отца мрачен, как тучи на небе, — еще раз спрашиваю — кто тебя просит лезть? Давай-ка ты не будешь решать за нас, как воспитывать ребенка.
— Да вы уже нарешали в свое время, — произношу я, положив локти на стол, — телефон мой где? Тот, который я в одиннадцатом классе носил.
Кажется, смена темы немного шокирует родителей и они удивленно переглядываются.
— Зачем он тебе, Эли? — спрашивает мать, — мы купили тебе тогда новый…
— Ностальгия замучила.
— Ты смеешься сейчас?
— Нет, — пожимаю я плечами, — просто мне тут донесли, что кое-кто писал мне смски и звонил, пока я лежал в больнице. Интересно будет почитать непрочитанное.
Мать мрачнеет еще больше и надувает щеки.
— Это Настя тебе сказанула? — выдыхает она, — Элиас, она могла сколько угодно тебе писать и звонить, но сам факт, что она поступила погано…
Я поджимаю уголок губ, глядя на них, пока мама расписывает, насколько Никольская гадкая девица. Ну, окей, если в детстве я не задумывался — начерта мне тогда купили новый телефон с новой симкой, и посчитал, что это просто подарок, чтобы подсластить горькую пилюлю, то теперь я на сто процентов уверен, что нет, нифига не просто подарок.
Почему-то иногда такие очевидные вещи понимаешь только спустя долгие годы.
Тогда мне звонила только очкастая девчонка Валя. Наверное, она была единственной, кому мама дала мой новый номер.
— Так ты дашь мне телефон или нет? —…перебиваю я мать, а она морщится.
— Тебе это действительно необходимо? Эли, если человек предал раз, он сделает это и второй! Кто ее позвал на свадьбу Эрика?… — цедит она сквозь зубы в сторону.
— Мне это необходимо.
— Лучше бы ты с Валей пообщался, — мать подрывается нервно из-за стола, и с недовольным видом смотрит на меня, — ты с ней уже пару лет не списывался. А девочка, между прочим, хорошая и умная. В отличие от Анастасии. И добрая. И до сих пор не замужем, кстати.
— Давай без сватовства, — усмехаюсь я, — наши дороги с ней уже давно разошлись.
После того, как я понял, что эта девочка не только страшненькая, что, в принципе, не беда, но она еще та змея. Подставить ближнего, улыбаясь в лицо, для нее как раз плюнуть. Я терпеть не могу таких людей.
Мать, поджав губы, уходит с кухни. Я слышу тяжелый вздох отца.
— Элиас, мы хотели, как лучше…
— Я понимаю. Вы родители и хотели уберечь меня от плохих людей, — спокойно отвечаю я, — я вас в этом не виню, но с Ксенией палку вы перегибаете еще хлеще, чем со мной.
— Дай этой сумасбродной девчонке свободу — и она совсем от рук отобьется…
— Она должна пройти через это, — пожимаю я плечами, — вшейте ей маячок в одежду и отпустите в свободный полет. Вряд ли с ней что-то случится, но вы будете спокойнее.
Отец хмыкает недоверчиво. Мать возвращается на кухню с таким лицом, будто на завтра назначили мои похороны и протягивает мне черную Нокию. Я забираю у нее этот кирпич и кладу к себе в карман.
— Спасибо.
— Вот не за что, Эли. Надо было его выкинуть. Или сказать, что я выкинула. Почему я сразу не додумалась?
— Не знаю, мам. Я поехал, спасибо за чай, — я поднимаюсь, хлопаю отца по плечу, и пытаюсь обнять мать на прощание, но она хмуро уворачивается. Ну, окей, — у меня еще куча дел.
— Ты хоть почаще заезжай. А то что Эрик, что ты…
— Обязательно. С Ксенией не лютуйте. Она вчера себя прилично вела.
— Ступай уже, защитник, — подает голос отец, и я, хмыкнув, ухожу.
На улице я поднимаю голову, глядя на мрачное, грозовое небо. Черт, мне нужна сегодня хорошая погода. У меня был план на встречу с Никольской…
Я прикасаюсь к карману, в котором лежит Нокиа, и задумчиво иду к машине. Сажусь внутрь, достаю телефон и верчу его в руках. Воспоминания тут же накрывают меня с головой. Яркие, почти осязаемые, будто бы этот чертов кирпич — мой проводник в прошлое. Я давно не вспоминал детство. Может, поэтому всплывающие картины перед глазами странно и тоскливо резонируют где-то в груди.
Черт, но ведь столько лет прошло. И я, и Настя, и каждый из тех ребят, которых я знал, уже стали другими. Глупо думать, что какие-то старые сообщения в этом куске пластика могут что-нибудь изменить.
Он может вообще не включиться. Я могу просто спросить Никольскую, что она мне писала, и просто поверить ей, потому что мы оба взрослые люди, и врать нам уже незачем друг другу. Начерта мне эти доказательства?
Но я все равно давлю пальцем на кнопку включения, и эти несколько секунд смотрю куда-то вдаль за стекло машины, на которое падают мелкие капли дождя.