Избранные произведения. V том

Глава 3

Заколдованная принцесса, заточенная в башне и спящая много лет в ожидании поцелуя, который её разбудит, не могла быть прекраснее Барбары Мандель, лежащей на кровати в «Шепчущихся соснах».

В свете лампы её волосы, рассыпанные по подушке, насыщенностью цвета не уступали золоту, выливающемуся из плавильного ковша.

Стоящий у кровати Билли Уайлс никогда не видел бисквитной куклы со столь бледным и безупречным цветом лица, как у Барбары. Её кожа казалась прозрачной, словно свет проникал под поверхность и подсвечивал лицо изнутри.

Если бы он откинул тонкое одеяло и простыню, его глазам открылось бы нечто, недостойное заколдованной принцессы: трубка, хирургически введённая в желудок.

Врач прописал равномерное и постоянное кормление. Вот и сейчас работал насос, подавая в желудок строго дозированную смесь питательных веществ.

Барбара пребывала в коме почти четыре года.

Её кома не была абсолютной. Иногда она зевала, вздыхала, поднимала правую руку к лицу, горлу, груди.

Случалось, она произносила максимум несколько отрывочных слов, обращаясь не к кому-то из людей, оказавшихся в комнате, а к призраку, которого видело её сознание.

Но, даже говоря или двигая рукой, она не отдавала себе отчёта в том, что происходило вокруг неё. Была без сознания, не реагировала на внешние раздражители.

В этот момент она лежала недвижно, с гладким, как молоко в ведре, лбом, застывшими под веками глазами, чуть раскрыв губы. Даже призрак не мог бы дышать столь беззвучно.

Из кармана пиджака Билли достал маленький блокнот с листочками, соединёнными металлической спиралью, и маленькую, закреплённую на блокноте шариковую ручку. Положил их на прикроватный столик.

Обстановка комнаты была предельно простой: больничная кровать, прикроватный столик, стул. Давным-давно Билли добавил к этому высокий стул, какие обычно бывают у стойки бара, чтобы сидеть достаточно высоко и видеть Барбару.

Интернат «Шепчущиеся сосны» обеспечивал хороший уход за пациентами, но не мог похвастаться роскошью интерьеров. Половина его пациентов восстанавливалась после тяжёлых операций, инсультов, инфарктов, для второй половины интернат служил постоянным и последним прибежищем.

Сев на высокий стул, откуда он хорошо её видел, Билли рассказал Барбаре про свой день. Начал описанием рассвета, закончил тиром Лэнни, в котором мишенями служили знаменитые персонажи мультфильмов.

Хотя Барбара никогда не реагировала на его рассказы, глубоко в душе Билли надеялся, что она всё-таки может его слышать. Ему хотелось верить, что его присутствие, голос, любовь утешают её.

Рассказав всё, что мог, он продолжал смотреть на неё. И не всегда видел её нынешней. Иной раз она становилась прежней (живой и весёлой), какой была бы сейчас, если бы не жестокость судьбы.

Какое-то время спустя он достал из кармана сложенную записку и прочитал её вновь.

Едва закончил, как Барбара проговорила, причём так тихо, что он едва мог расслышать её слова: