Прекрасный Старый Мир

— С подругами моими, — только и пискнул я.

— Поспособствую, тоже ведь нервничать немало будут, — согласно покивал академик.

И вот, стою я, значит, перед лесенкой, к ракете ведущей. Кстати, не выспался ни беса: подруги мои марафон любострастия затеяли, да и Мила, усы мои, до самого отъезда умащивала и подкручивала, слезами время от времени блестя. Это хорошо, что я одарённый, а до «комиссий по здоровью» не додумались, а то бес бы полетел, мимоходом отметил я.

Кстати, методами контрацепции в этот раз не пользовались, на чём девицы ультимативно настояли, а я, подумав, решение их принял. Ну реально, мало ли что, а так останется что-то. Возможно, поскольку, как понятно, гарантий никто не давал, а положились на случай.

Трибуна стояла, да и экраны проекционные были, для телесвязи, отчего морду лица мою надо держать. Героичной, ну или ехидной, но никак не испуганной или идиотской.

А на трибунах пребывали как политики Вильно, так и куча политиков и академиков из прочих полисов. Шутка ли, сто с лишком человек гостей, как посольских, так и научных! В общем, признаться, волновался я более за морду лица свою, в должном виде явлённую, нежели за сам полёт.

Ну, не вполне так, но близко. Да и решил я, раз уж из Мира Олега столько всего накопировал, так надо и честь оказать. Так что повернулся я к трибунам, улыбнулся (надеюсь, не оскалился тернисто, хотя и послание — неплохо), да и произнёс:

— Поехали, — и махнул лапой, забрало доспеха опуская.

И начал карабкаться по лесенке, к ракете ведущей. Как взволнованный, так и довольный. С надеждами и ожиданиями, да и с интересом, не без этого.