Царь горы [СЛЭШ 18+!]

Гарри с восторгом и любовью смотрел в спокойное лицо Северуса, думая, что Нарциссе, похоже, эта мысль была недоступна. Её лицо напоминало маску. Она даже бровью не повела, когда Северус отступил, только сказала что-то, и тут-то у неё тоже проступила в изгибе губ нетерпеливая досада.

Северус вроде как смутился. Гарри встревоженно поедал глазами обоих, пытаясь понять, о чём же шла речь. Снейп говорил медленно, и Гарри по его губам разобрал что-то вроде «я не хотел бы этого делать».

Однако Нарцисса была настойчивой. Она вдруг обернулась совсем другой женщиной: её томные повадки исчезли. Как фурия, она напустилась на Снейпа. По-мужски она схватила его рубашку тонкой рукой, смяв ткань и принимаясь что-то торопливо, горячо говорить. Гарри с удивлением разглядывал её и недоумевал: она выглядела ни капли не заинтересованной, она даже не выглядела оскорблённой, каковой могла бы казаться достаточно грубо и очевидно отвергнутая женщина. Будто бы ей было всё равно, и она вроде бы уже забыла, что намекала на что-то.

Нарцисса тем временем принялась трясти Северуса и явно повысила голос. Черты её лица исказились, и она вдруг стала ужасно некрасивой. Слёзы хлынули у неё из глаз, щёки пошли красными пятнами, и уже не слишком упругую кожу избороздили тонкие морщины. Она налетела на Северуса с прытью разозлённой птицы. Гарри даже показалось, что она сейчас проклюет ему темечко. Волосы её выбились из причёски, она взмахнула руками и пошла на Северуса, вся став больше в размерах, как будто разъярённая курица растопырила перья.

Северус попятился. Он округлившимися глазами смотрел на неё, пытаясь что-то сказать, но Нарцисса не давала ему этой возможности. Она продолжала что-то выкрикивать, хватая его за одежду, так что Гарри за глухими окнами и шумом улицы даже сумел расслышать звуки её голоса. Вдруг Нарцисса неожиданно отступила, выдохшись. Она тяжело дышала, глядя на Снейпа почти с ненавистью, внезапно ткнула указательным пальцем ему в лицо, снова сказав что-то с гневом, будто предупреждая, и, оттолкнув, вылетела за дверь.

Северус стоял не двигаясь. Похоже, он и впрямь был удивлён, даже шокирован и чем-то расстроен. Удивительно, но черты его лица не выражали ни одной этой эмоции, но Гарри каким-то неведомым самому себе способом научился различать его чувства. Гарри встревожился. Поступок Нарциссы разочаровал и оттолкнул Северуса, но, может, на самом деле он просто другого ждал? Может, её привычная мягкая настойчивость всё-таки заставила бы его уступить притязаниям? Гарри взволнованно изучал его лицо. Вопли Нарциссы не походили на месть отвергнутой женщины. Нужно быть совсем глупой, чтобы пытаться таким способом отплатить незаинтересованному мужчине.

Тем временем Северус сел за стол в кабинете и, сцепив руки перед собой, задумчиво смотрел в никуда. Последние дни Гарри часто видел его в такой позе. Северус думал о чём-то, и Гарри хотел думать тоже. Думание вообще было процессом странным и бессвязным — Гарри никогда не мог уловить, каким образом в голове появляются те или иные мысли. Они текли и пузырились, как кипящий кисель, — из невнятной жижи в кастрюле поднимался бугор. Потом стенка его истончалась. Бугор превращался в удивительный пузырь, переливающийся всеми цветами радуги, совсем не похожий на неаппетитное варево, что оставалось в кастрюле, и наконец лопался. Обычно невидимые, но на свету искрящиеся, крошечные брызги от пузыря попадали в случайных собеседников. А где-то рядом безо всякой логики и порядка уже зрел похожий на виноградину новый пузырь. Наверное, как-то так рождались мысли, и Гарри с разочарованием счёл, что думание — очень бестолковое и бессмысленное дело. Ему хотелось бы научиться думать — так, чтобы не подвергать сомнению сам процесс возникновения мысли, но получалась какая-то белиберда, и чем больше он думал, тем больше путался и сомневался в правдивости своих и чужих мыслей. Наверное, он просто плохо учился. Уж в школе, а потом в колледже его бы научили думать правильно, — ну, хотя бы о том, что такое поэзия и что нехорошо торчать на карнизе под чужими окнами и подглядывать за чьей-то личной жизнью.