Революция 1917 года глазами современников. Том 2 (Июнь-сентябрь) [FineReader 14]

Было бы, однако, совершенно неправильно, рассуждая о реконструкции промышленности, упускать из виду, что она требует в качестве необходимой предпосылки известной «конструкции», т. е. наличности действительно мобилизованной промышленности, имеющей задачей наиболее полное использование всего промышленного аппарата. В таком случае пред страной одна только задача: полным ходом работающий аппарат направить по новому пути, обратить его на новую работу.

Иная должна ставиться задача там, где мобилизация не произошла, где промышленность не работает с тем максимальным напряжением и соответствующими результатами, на которые она способна при данном оборудовании, при данной организации предпринимательского и рабочего элементов. Там, прежде всего, необходимо стремиться достигнуть максимального напряжения. И если ужасы войны, опасности неприятельского нашествия, возможные тяжелые условия будущего мира не в состоянии заставить промышленность надлежащим образом работать, то какие есть основания рассчитывать, что демобилизация принесет в этом отношении какую-либо пользу?

А между тем после войны основная задача промышленности: производить как можно больше и как можно дешевле, превратится в «быть или не быть» русской промышленности. Сейчас, когда мы работаем на нужды войны, когда потребитель вполне обеспечен, производителю можно работать и недостаточно тщательно и даже лениво - все равно все будет принято, за все будет заплачено. По окончании войны положение промышленности станет несравненно более трудным: придется выдерживать конкуренцию всего мира. Ведь и там думают о демобилизации промышленности, и задачу будущей экономической политики усматривают в том, чтобы ввоз из-за границы (поскольку без такового обойтись нельзя) свести к ввозу сырых продуктов, вывозя в обмен готовые фабрикаты.

При наличности же сильной заграничной конкуренции наша промышленность должна совершенно зачахнуть, если она не будет отвечать основному требованию конкурирующей промышленности - дешевизне производства, возможной лишь при использовании в полной мере как всего оборудования, так и всей рабочей силы.

Что же мы видим пока?

Перед нами картина полного падения работоспособности. С максимальными затратами достигаются самые плачевные результаты. Мы не говорим о том, что заработная плата страшно возросла, дороговизна - явление весьма сложное, последствия повышения заработной платы сравнительно не так страшны. В нормальных условиях цены быстро выравниваются, так как предприятия в убыток долго работать не могут, и рабочие мирятся на низведении [зарплаты] до разумных пределов в интересах спасения себя от безработицы. Гораздо опаснее, что одновременно с увеличением заработной платы, угрожающим образом падает интенсивность труда. В 4-м томе официального издания «Известий особого совещания по топливу» мы находим следующие красноречивые данные относительно добычи каменноугольной промышленности Донецкого бассейна за первую треть 1917 г. Добыча с 157 млн пудов за январь месяц упала до 121 млн пуд. в апреле, т. е. упала более, нежели на 22 %, между тем как число рабочих уменьшилось с 291 тыс. до 278 тыс., т. е. менее, нежели на 5 %. Результаты получились бы еще более печальные, если бы подвергнуть статистические данные Донецкого бассейна более подробному анализу, если бы вместе с результатами добычи изучить вопрос о положении, например, подготовительных работ на рудниках. Но и этой бесспорной простой справки вполне достаточно.