Художник

– Не откажусь. – Альеэро положил горячую руку на ледяные пальцы мальчишки. – Но все же, почему ты так думаешь?

Иржи провел второй рукой по бледному лбу и ответил:

– У меня забирают Йожефа. Теперь его путь расходится с моим. Нет, мы останемся друзьями, и он вечно будет стремиться вслед за мной, но… он не сможет. Его связали эльфийской энергетикой и предназначенностью. Он теперь – дитя этого мира. Судьба его – здесь.

– А твоя, мой мальчик? Ты чувствуешь, что будет дальше?

– Нет, Альеэро. Но мне подарили тебя. А может, – он замотал головой, – это все мои фантазии… не знаю… – Улыбнулся он вымученной улыбкой. – Лучше расскажи мне об этом городке. Почему я никого не вижу?

Альеэро вздохнул. Исконные жители этого мира знали то, что пытался сейчас выразить словами Иржи. Пусть впереди – темнота и неизвестность, но сейчас этот ребенок с недетским умом сидит рядом и разглядывает город черными пытливыми глазами. Сердце горько стукнуло и на пару секунд замолчало, но губы Змея беспечно улыбнулись. Откинувшись на спинку легкого стула, он сказал:

– Я, пожалуй, расскажу тебе сказку. Давно, когда здесь были непролазные леса, Боги привели из одного умирающего мира эльфов и маленькую горсточку людей. Эльфы были гордецами, а люди – еще большими. И захотели они жить отдельно от своих благодетелей – эльфов. Ну, захотели – скатертью дорога, держать их никто не собирался. И пошли они вдоль этой реки искать себе землю обетованную, свободную от разумных живых существ. Шли они долго, питаясь плодами, мелкой дичью и рыбой, в изобилии водящейся в реке. И вот вышли, наконец, на большую, покрытую травами, поляну, через которую протекала узкая, но глубокая речка, спустившаяся с гор на равнину. «Вот здесь мы останемся жить!» – Сказал вождь. Люди обрадовались, и закипела работа. Магами они были не ахти какими, поэтому в ход шли принесенные с собой топоры и пилы. Падали высокие пихты и сосны, лишались своих домиков белки и бурундуки. Но люди, ушедшие от эльфов, постоянно пекущихся о благополучии природы, только смеялись. Горели высокие костры, выжигающие поляны для будущего поселения. И скоро встали первые дома. Животные, раньше спокойно жившие на тихих берегах, были вынуждены уйти ближе к горам, так как люди, видя такое изобилие, отстреливали их в большом количестве. А потом люди добрались и до гор. Среди них были неплохие рудознатцы, нашедшие медь и олово, самоцветы и золотой песок в ручьях. И снова застонал лес: это поселенцы прокладывали и мостили дорогу. Скоро они построили печи для переплавки руды, и синее небо стало в этих краях черным. Только пришельцам этого было мало. Поспорив с гномами из-за какого-то рудного гнезда, мужчины тихой ночью убили маленьких людей, сбросив их тела в глубокую шахту. И тогда собрались вместе звери, рыбы, птицы и горный народец. И взмолились они Богам: «Уберите от нас этих варваров, ибо не ведают в жадности своей, что творят! Не знают, что их же потомкам останется всего лишь испорченная, загаженная земля с больной энергетикой, на которой нельзя будет вырастить здоровое поколение много-много лет! Помогите!» И услышали Боги стоны живых существ. И пришли посмотреть, что творится на окраине долины. Увидев происходящее безобразие, они только покачали головами и задумались. Но сначала, прежде чем что-либо делать, решили поговорить с людьми, объяснить, что существовать надо в гармонии со всем настоящим: природой, водой, землей и другими расами. Но засмеялись в лицо Богам люди: «Это еще что! Мы так размахнемся…». Очень огорчило небожителей такое непонимание. И снова они вернулись в лес к тем, кто просил у них помощи. «Какое бы наказание вы придумали для них?» – Спросили Боги у зверья и птиц. Кто-то кричал, что всех надо убить, кто-то – прогнать, а тихо сидящий под кустиком умный лис сказал: «Не надо ни прогонять, ни убивать. Пусть лучше поживут в нашей шкуре. Полдня – животные, полдня – люди». «Зачем?!» – Удивились все. «А чтобы они всё поняли на собственном опыте, а в человеческом обличье – сделали правильные выводы». Боги удивились лисьей мудрости и, подумав, решили: «Пусть будет так!»