Фрикадель

Корабль представлял собой виртуозное творение инопланетной мысли: медуза на изогнутых щупальцах. Сразу понятно, что такая форма способствует ускорению, и никаких лишних железок и антенн. Правда, у этой «медузы» совершенно отсутствовали двери. При непосредственном контакте с Фрикаделем, корабль пошел живописными чернильными разводами.

– Ого! – удивилась Юлечка, – А корабль-то на тебя среагировал! Смотри-ка – опятнистел!

Она бережно положила толстовку, набитую копошащимися и покрякивающими от возмущения, пришельцами на сиденье воздушной телеги. Девочка подошла к кораблю, и осторожно погладила глянцевую поверхность. От ее легкого прикосновения по стенке корабля побежали концентрические круги, как от брошенного в воду камешка.

– Похоже, оно живое – это средство передвижения, – сделала вывод Юлечка. Фрикадель, видя, что хозяйка не считает обнюханный объект вредным для здоровья, смачно лизнул длинной, синей лентой языка переливающийся корабельный бок. Намокшая стенка космолета повела себя самым непостижимым образом: поверхность приобрела насыщенный бирюзовый оттенок, вскипела пузырями, которые тут же лопались с резким хлопаньем.

Кряканье зеленых головастиков превратилось в непрерывный истерический вой. Вытаращив глаза, Юлечка смотрела то на оживший корабль, то на пришельцев, которые по очереди выползали из толстовки и вереницей спускались по дверце телеги на песок, не забывая при этом негодующе вопить. Колония вновь обретала свой первоначальный облик – шевелящегося и постоянно видоизменяющегося шара. Вожак-большеглазик забрался на самый верх этой кучи-малы, направил на Юлечку остренькие клешни и, забавно шевеля челюстями, проговорил:

– Эч-ч! Хоч-чь говорич-чь!

– Отлично! – подбодрила малыша Юлечка, – говори, мы с Фрикаделем тебя внимательно слушаем.

Эч-ч заговорил странным шелестящим многоголосьем, будто слова старательно выговаривал не он один, а все его многочисленные родичи сразу.

– Эч-ч! Ж-живет сс-десь! – существо обвело клешнями окружающий девочку пустынный ландшафт. Юлечка кивнула.

– Эч-ч – летуч-чь меж-ж з-звез-ссд! – существо вновь качнуло клешней – на этот раз на свой корабль. Юлечка снова кивнула.

– Как смер-р-ч-чь! – колония приняла форму песчаного крутящегося столба. Юлечка удивленно подняла брови.

– Фрикадель! – возбужденно воскликнула девочка, – Я же так и думала, что мы с тобой не в Ньяму! Правда, что мы не на Земле мне как-то не пришло в голову…Слушай, выходит – это мы с тобой пришельцы, а не они! Это ведь мы оказались на их планете, а не они – на нашей, хотя они у нас точно были. И нас с тобой захватили почему-то…И сюда приволокли этим миленьким песчаным смерчиком… Ой, Фрикадель, какой ужас! Мы загораем здесь – на этой неизвестной планете в глубине космоса в компании с зелеными человечками. А Никитка и мама с папой – за миллион парсеков отсюда – на Земле, в Сахаре, и нас наверняка потеряли! И ищут! И не могут найти!

У Юлечки заблестели глаза от навернувшихся слез. Вежливо дождавшись конца девочкиного монолога, Эч-ч переменил позу и продолжил свою речь: