Фрикадель

Судорожные всхлипы, спугнувшие пустынную лисичку, издавал Никитка. Он вздрагивал, икал и плакал, размазывая по чумазому лицу горячие слезы. Сначала, как только Юлечка и Фрикадель исчезли за плотной завесой песка, Никитка почти не испугался. Он просто подумал, что сестренку с дракошкой смерч отнесет за ближайшую дюну, а потом – бросит, и он, Никитка, если поторопится, быстро отыщет своих «летунов». Но вот мальчишка перевалил через гребень одной дюны, затем – другой, третьей…А следов пребывания девочки и дракошки нигде не было видно. И тогда Никитка понял, что они – потерялись. Причем – все. И Юлечка с Фрикаделем и он сам, уйдя с места остановки их телеги. Солнце село. В воздухе повеяло холодом, и Никитка продрог и активировал подачу тепла в комбинезон, чтобы ночью совсем не замерзнуть.

Уставший мальчик присел возле цветущей протеи, прислонившись спиной к шершавому стволу. И тут ему стало так горько, тоскливо и одиноко, что подумалось – он больше никогда-никогда не увидит сестренку с дракошей. Слёзы побежали по запылённым щекам , прокладывая за собой две чистые дорожки. Пострадав в одиночестве некоторое время, мальчик с удивлением обнаружил, что ему в голову все-таки пришла конструктивная мысль – послать родителям сигнал тревоги. Никитка открыл неприметный кармашек на левом рукаве комбинезона и нажал на красную кнопку, посылающую родителям координаты его местонахождения. Конпка послушно замигала. «Все», – подумал Никитка, – «Теперь остается только ждать». И он прикрыл покрасневшие глаза, прислушиваясь к незнакомым шелестам и шорохам ночной пустыни.

В полудреме мальчик слышал, как ветер слегка пошевеливает кожистые листья протеи, как глухо турлычут лягушки у ближайшего озерца, как попискивают и возятся в ветвях сонные птицы.

Никитке стало интересно. Он открыл глаза и стал смотреть, как оживает пустыня после дневной жары. Вытянув шею и свистя широкими крыльями, пролетела в сторону баобабов птица-носорог. Ее причудливый горбоносый профиль долго был виден мальчику на фоне темнеющего неба. Хрустнув сучком, пропрыгал к колючим кустам проворный тушканчик. Неподалеку ожила суетливая цикада, настраиваясь на ночной концерт. Тоненько заверещал, собравшийся на охоту сыч. Он пронесся над Никиткой и сел на засохший кривой сучок, застыв там наподобие сказочного часового, освещенный восходящей луной.

Рассматривай Никитка это пустынное великолепие днем раньше, любознательный исследователь, который постоянно толкал его на различные научные подвиги, обязательно потянул бы его к природным изысканиям и сейчас. А так – он просто отстраненно сидел, с видом постороннего наблюдателя, и ждал, когда мама с папой расшифруют его сигнал бедствия и примчатся на помощь. Мальчик пошевелился – на дереве захлопали крыльями сторожкие птицы. Никитке послышалось гудение приближающейся воздушной телеги: из-за дюны вынырнул луч голубоватого прожектора, освещавшего путь сквозь пески. Мальчик подпрыгнул и замахал руками над головой. Вскоре свет вырвал его из тени дерева. Приехали родители. Не дождавшись полной остановки телеги, из нее на ходу выскочила мама, за ней – отец.