Право на секс. О чем говорят с сексологом
- Автор: Малахова Елена Викторовна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Издательские решения
- ISBN: 978-5-4496-6167-8
- Жанр: Любовь и отношения
Электронная книга - «Право на секс. О чем говорят с сексологом». Краткое содержание книги:
Книга будет интересна мужчинам и женщинам, имеющим проблемы в сексе и взаимопонимании. А также молодым специалистам, консультирующим клиентов в сфере сексуального здоровья и отношений.
В книге приведены некоторые методики, используемые в терапии сексуальных расстройств, которые при желании можно применять самостоятельно.
— Присаживайтесь. Здравствуйте, Михаил! Меня зовут Елена Малахова, я врач-психиатр, психотерапевт, сексолог. Работаю в сфере сексуального и психического здоровья с 2011 года, — я проговорила заученную фразу, которой начинаю знакомство с новыми клиентами, — я — терапевт вашей девушки.
Я не была в восторге от этой встречи, потому что не верила в искренность чувств Михаила. Мужчина, который позволяет в своей квартире заниматься проституцией своей девушке и нормально к этому относится, вызывает у меня, мягко говоря, удивление. Но нам, сексологам, приходится работать со специфическими клиентами, поэтому…
— Вы хотели поговорить со мной?
— Да, спасибо, что согласились, но я бы хотел поговорить наедине.
Михаил покосился на девушку.
— Хорошо, если она не против.
— Я выйду.
— Вам, наверное, Инна много про меня наговорила, но я ее люблю и беспокоюсь за нее. Она доверяет вам и много хорошего говорит о вас. Вы должны знать, что Инна не та, за кого себя выдает.
— Что это значит?
— Как бы вам сказать… Она много врет или, как она сама о себе говорит, путает реальность с фантазиями. Это меня пугает, ей нельзя доверять.
— О чем вы говорите? Я вас не понимаю… Инна перенесла много травмирующих событий в своем детстве, ее мать — алкоголичка, бабушка — фанатичка, потом было изнасилование…
— Это не так. Ее мать — замечательная женщина, работает учителем в школе, бабушка, да, религиозна, но без фанатизма, изнасилование, наверное, было. Инна — лгунья. Она любит рассказывать, что я разрешаю ей заниматься проституцией дома, что я не против. Но это не так. Я неоднократно заставал ее дома с другими мужчинами, она сама их приводила. Дело в том, что, кроме патологической лживости, Инна любит «грязь». Это проявляется во всем — в сексе за деньги, в провокациях, в воровстве.
— Вы хотите сказать, что она все выдумывает?
— Я не знаю, как это правильно называется, но после смерти отца Инна лежала в психиатрической больнице, у нее был нервный срыв. Она вам говорила об этом?
— Нет…
— Уверен, это важная информация для вас.
— Я подумаю, как применить то, что вы мне рассказали, спасибо.
— Я, пожалуй, пойду. Я могу оставить вам свой номер телефона?
— Для чего?
— Держать меня в курсе, я волнуюсь за Инну.
— Конечно, вы можете оставить мне свой номер. Но вы же понимаете, что я работаю с Инной? И не имею права сообщать содержание консультаций.
Несмотря на то, что Михаил пришел, по сути, «разоблачить» свою девушку, он сообщил мне важную информацию. Это позволило мне еще глубже понять свою пациентку и ее сложные отношения с матерью. Инна, говоря о своей матери, что она алкоголичка, использовала аллегорию. Мать Инны «пропивала свою дочь» — отдавала свои ресурсы (любовь, внимание и заботу) своим ученикам. А на собственную дочь их не оставалось. Это вообще характерно для педагогов или людей помогающих профессий. Они порой игнорируют свою семью, а всю энергию направляют в работу, подкрепляя свой нарциссизм. Так бывает, что у внешне социально адаптированных «приличных» людей, одобряемых обществом, вырастают дети с девиантным поведением. И родители искренне не понимают, что они сделали не так.
Инна зашла в кабинет.
— Ну что, как вы пообщались?
— Все хорошо, мы договорились, что если это будет необходимо для тебя, Михаил будет приходить на консультации с тобой вместе. Но пока это не требуется. Как у тебя дела? Расскажи, как прошла неделя.
— Нормально, я продолжаю вести дневник самонаблюдения. Записываю ситуации и случаи, когда я пытаюсь врать себе или другим.
— Давай посмотрим, что из этого получилось.
— Вот смотрите, я вижу положительную динамику, я стала меньше врать. Еще не все получается так, как я хотела бы, но результат радует.
— А что происходит с твоим сексуальным влечением?
— Стало немного лучше, я начала снова мастурбировать, иногда у меня появляются сексуальные фантазии, но когда дело доходит до секса с Михаилом, я по-прежнему ничего не чувствую.
— Так бывает, либидо может восстанавливаться медленно. Уверена, мы сможем решить и эту проблему.
— Хотелось бы, ведь это влияет на наши отношения с Михаилом.
— Я понимаю. Скажи, тебе комфортно со мной работать?
— Да.
— Значит, будем продолжать?
— Да.
Как видите, я не стала сообщать Инне то, что мне рассказал Михаил. И не считаю, что это нужно было делать. Я использовала полученную информацию в работе. Эти факты позволили мне еще лучше разобраться в ее ситуации и утвердиться в своей гипотезе о том, что Инна нуждается в принимающей матери. Матери, которая будет на стороне ребенка. К тому же через некоторое время Инна сама сообщила мне эту информацию в том объеме, в котором была готова. Михаил хотел посетить меня еще раз, чтобы «выяснить», как продолжается терапия. Но я отказала ему, потому что в терапии очень важна индивидуальная работа. Нельзя позволять родственникам совершеннолетних клиентов вмешиваться в лечебный процесс, за редким исключением.