Электронная книга - «Особое подразделение тактики и убийств (СИ)». Краткое содержание книги:
— С ними пошёл кто-то ещё? — не дождавшись продолжения, с надеждой в голосе спросил Нара, и капитан в ответ только коротко мотнул головой в отрицательном жесте. Шикамару бегал глазами из стороны в сторону, обдумывая сказанное, всего несколько секунд, а после уверенно поднялся с места. Тратить время было некогда.
— Куда ты собрался? — Тензо остановил его моментально, вынуждая обернуться и задержаться на месте. Капитан поднял голову, выпрямляясь следом и серьёзно заглядывая в карие глаза, что сейчас напряжённо сощурились. — Они отправляются на миссию на рассвете, мы прибудем в Коноху только на закате, — напомнил капитан, пытаясь различить эмоции, что скрывались во взгляде напротив. Кажется, Нара был зол, разочарован, возможно, напуган, и всё это было для него совершенно нехарактерно. Казалось, тот умел оценивать ситуацию спокойно и не прибегая к риску, но всё менялось, когда дело касалось кого-либо из его близких.
— Если отправиться сейчас, можно успеть, — возразил Шикамару, уже почти совершая решительный шаг в сторону палаток, где покоился его рюкзак, но Тензо вновь осадил его чётким тоном.
— У нас есть раненые, нам всем нужен отдых, и мы отправимся в деревню на рассвете, — этот голос не терпел возражений, но Шикамару был готов попытаться, и Тензо, заметив, как сжимаются и разжимаются юношеские кулаки, тут же продолжил. — Ты не можешь отделиться от отряда и отправиться в одиночку, это исключено, — капитан смотрел на парня пронзительно, чёрными глазами словно пытаясь загипнотизировать. Хотя знал наверняка, что раз уж Шикамару что-то решил, тем более, ни секунды не сомневаясь, то отговорить его будет почти невозможно.
— Я отправлюсь сейчас, им нужна моя помощь, — невозмутимо ответил Нара, даже не желая спорить и что-то доказывать. Они втроём были невероятно сильны, сам Асума стоил многого, повидав множество боёв и сражений, но идти против двух представителей Акацуки, о которых не известно достаточно много — верная смерть, не иначе. Парень не был уверен, что сможет помочь на миссии, но не хотел даже элементарно бросать их в такой момент. Они были неделимыми в критические моменты, и уходя в АНБУ он свято надеялся, что те будут лишены подобных миссий. Но его надежды вряд ли имели свойство оправдываться.
— Ты уже помог здесь, — говорил Тензо чуть тише, — твои товарищи — шиноби, ходить на миссии — их долг, ты не должен срываться в попытке спасти их, — капитан отчаянно пытался убедить его оставить эту затею, хотя знал, что Шикамару будет просто не в силах сложить руки и дожидаться новостей, смирившись. — Ты теперь в АНБУ, и служба здесь требует таких ограничений, — он оглядел парня в форме с головы до ног, и Нара почувствовал себя настолько беспомощно, глупо и бессмысленно в этой фарфоровой маске, что хотелось тут же сорвать её с лица, лишь бы избавиться от этого навязчивого ощущения. Какой же из него будет шиноби, если он так просто бросит своих друзей и наставника без поддержки?
— Раз эта служба препятствует моим отношениям с товарищами, то она мне просто не нужна, — выпалил Нара сдавленным тоном и, не собираясь выслушивать оставшиеся убеждения, быстрым шагом направился прочь.
Тензо оставалось лишь смотреть ему вслед с кривой горькой усмешкой на лице. Ему и правда предстоит многому научиться, если он решит остаться.
***
Ветер был привычно тих и спокоен, ласково играясь с тёмными прядями длинных волос. Но её душа просто не могла также спокойно следовать ему, плыть по течению и забыть обо всех проблемах, растворяясь в свежести воздуха. Она продолжала тормошить сознание и бушевать, словно волны во время шторма, и причиной её беспокойства неизменно оставались сомнения.
Их разговор с Неджи возникал в памяти снова и снова. Хьюга тогда так и не смог дать ей точный ответ на вопрос, стоило ли оно того, и посоветовал лишь прислушаться к собственным чувствам и желаниям, остаться наедине и спокойно подумать над тем, чего хочется ей самой. Но она совсем не хотела оставаться слабой девчонкой, что не выдержала службы в секретном подразделении, не хотела бросать такой, казалось, важный пост, не хотела признаться самой себе, что служба здесь — вовсе не её призвание. Хотя вернуться в привычный круговорот жизни хотелось ничуть не меньше.
Она продолжала рассматривать уже до скуки знакомый пейзаж, что открывался перед её вышкой. Всё те же высокие деревья, та же поляна где-то в глубине между ними, те же лучи солнца, от которых хотелось жмуриться. Ей определённо нравился пейзаж, что открывался с этой высоты, но спустя несколько дней наблюдений за одной и той же картиной она вдруг поняла, что лучше бы провела это время где-то в деревне, смеясь над шутками Кибы или беспечно обсуждая что-то с Шино. Жаль, что приходилось каждый раз одёргивать себя от этих мыслей и возвращаться к работе с убеждением, что сейчас ей вовсе не до этого.
На той самой поляне девушка внезапно заметила клубы дыма, что возникали один за другим с характерными хлопками. Эту чакру и эту технику она узнает из тысячи: это определённо был Наруто. Девушка расплылась в грустной улыбке, слегка выглядывая за перила и позволяя себе понаблюдать за ним хотя бы несчастные несколько минут.
В последнее время она часто наблюдала за его тренировками, тот, кажется, пытался обучиться новой технике с помощью стихии ветра. Что ни говори, а это стихия подходила ему, как нельзя лучше: такой же свободный, порой игривый и весёлый, а иногда и шквальный, неугомонный, а главное — настоящий. Наруто ведь никогда не боялся сказать то, что на самом деле думает, наверняка не имел тайн, не считая нужным что-то скрывать из-за своей беспечной и даже детской искренности, и всегда делал то, что велит ему само сердце. Хинате иногда казалось, что он строит свою судьбу сам, заодно вплетая в неё чужие, вопреки всем сказаниям о её предначертанности. Казалось, что её судьба сплетена с его.
Но если прежде он всегда занимался с сенсеем Какаши, сейчас девушка по какой-то причине не могла разглядеть рядом чакры копирующего ниндзя. Это было неудивительно, ведь Узумаки часто уделял тренировкам больше времени, чем стоило, и даже пренебрегал отдыхом, лишь бы не терять время. Хината лишь тихо завидовала этой его способности: работать сколько угодно и никогда не перегорать, тратя время на раздумья о том, нужно ли это ему вообще. Она так вряд ли умела.
С умилением она наблюдала, как множество клонов в оранжевых спортивных костюмах забавно складывают ладони, отчаянно пытаясь разрезать лист, спрятанный между ними. Но Хината точно знала, что у него получится. У Узумаки судьба просто не могла сложиться по-другому, ведь он всегда без сомнений добивался желаемого. И та мечта стать Хокаге, которую многие жители считали бессмысленной и просто глупой, она уверена, была осуществима.
Спустя несколько минут поляна вновь заполнилась дымом, и клоны один за другим начали испаряться в воздухе. Хината с недоверием нахмурилась, всматриваясь внимательнее, и, как только дым растворился в воздухе, вдруг заметила единственную фигуру, что, пошатнувшись из стороны в сторону, обессиленно повалилась на землю. Её сердце от беспокойства тут же забилось чаще, в горле застрял испуганный вскрик, а белёсые глаза взволнованно округлились. Не думая ни минуты, Хината тут же направилась в глубину леса.
***
Темари не спалось. Глаза упрямо не хотели закрываться, спальный мешок порядком надоел и вдруг стал ужасно неудобным, маска на лице, к которой, казалось, она уже давно привыкла, давила и заставляла дышать чаще обычного. А всё из-за навязчивых мыслей в голове, что никак не давали спокойно провалиться в сон.
Что заставило его поступить так, как он поступил? Ради чего он рисковал собственной жизнью, проскользнув мимо острия, что могло за считанные секунды лишить его жизни, и обхватил её тело внезапно окрепшими руками, на мгновение даже прижимая к себе? Почему холодный шиноби, на лице которого не должна отражаться ни одна эмоция, чтобы не поддаться провокации врага, вдруг подчинился чувству справедливости, долга, желанию спасти того, кого он спасать не обязан?