Маска: история Меллисы де Бриз

Франт всегда гордился своими познаниями в политике. На почве драгоценных камней и золота он был знаком со многими куртизанками, которые не только всё знали о мыслях государственных мужей, но даже иногда прокладывали путь этим мыслям.

— Горячка лечится кровопусканием, — сказал очень пожилой мошенник Ромбен. И прибавил что-то по-латыни.

В прошлом мэтр Ромбен был доктором и если бы не его страсть к костям (не скелетным, а игральным), возможно, доктором бы и остался.

— Кабанья Башка сто раз прав, — произнёс доктор Ромбен, — в городе чересчур много военных. Им нужен враг, и если его нет снаружи, его ищут внутри, прямо в ночном Париже. Франция живёт слишком мирно, раз у полиции хватает времени и сил на нас, грешных.

— Братья! — воскликнул Кабанья Башка. — Я услышал мудрую мысль! Пусть кто-нибудь посмеет не согласиться с мэтром Ромбеном! Завтра же мы напишем донос об очередном заговоре против его высокопреосвященства и…

— Я не согласна! — подала голос Меллиса. Она стояла рядом, едва доставая бандиту до локтя.

— Что-что? — скривился Кабанья Башка, словно его раздражал писк надоедливого комара, и посмотрел вниз: — Не расслышал?

Меллиса скорчила гримасу, яснее слов объяснявшую его отношение к подобным спектаклям.

Кабанья Башка слез с пустой перевёрнутой бочки, на которой сидел, подхватил девчонку за талию и поставил на дно бочки как на трибуну. Они с Меллисой были друзьями. Девочка часто помогала ему даже бесплатно.

— Говори, Маленькая герцогиня.

— Ты, Кабанья Башка, слишком спешишь, — глядя вниз, заявила Меллиса. — Если бы ты мог связать на бумаге два слова так же ловко и без ошибок, как вертишь клинком, я бы не волновалась. К тому же, — она подняла голову, — кардинала нельзя считать дураком! За это сажают! И даже вешают. Если нам поможет заговор, значит, его найти, а не выдумывать. Одна улика даст им работы на месяц, а наш донос они раскусят за три часа или, максимум, за ночь. Вот, что я говорю. А в остальном, господа правы — да здравствует заговор!