Маска: история Меллисы де Бриз

В Париже царили свои строгие коммерческие законы и соглашения. У большинства прохожих совершенно некстати оказывалось оружие, хотя простолюдинам будто бы запрещалось его носить? Но если справедливые королевские законы не могли обеспечить помощь парижским налётчикам, приходилось преступникам создавать собственный свод законов.

Согласно закону, сразу же по прибытии в Париж банда Меллисы вступила в содружество прочих преступных групп квартала Исси*. Места на набережной им не досталось, но Меллиса не горевала об этом. Она предпочитала тёмные переулки открытым пространствам.

Меллиса быстро освоилась с большим городом. Париж казался ей темным лабиринтом переулков и дворов. Но, выходя за пределы бедных кварталов, моментально попадаешь в другое царство. С каретами, соборами и мостами. А Рынок*! А новая Королевская площадь*! И повсюду дворцы, дворцы…

Впрочем, ночью весь Париж становился одинаково бандитским царством.

Меллисе всегда нравились неожиданные повороты. Еще больше ей нравилась реакция людей на устроенные ею неожиданности. Поэтому, несмотря на то, что характер ее засад изменился, и эффектных сцен, наводящих очарование и ужас стало значительно меньше, прозаичное ремесло грабителей по-прежнему процветало.

Теперь Меллисс достаточно подросла, чтобы, слегка состарив себя с помощью косметики, привлекать мужчин с толстыми кошельками. Ее приятели ждали, пока, мило беседуя и полуобнявшись, парочка приходила в засаду. Рик и более рослые Пьер и Бенжамен, вылетали со шпагами. Меллиса поднимала испуганный крик, выхватывала у клиента кошелек и сама отдавала грабителям. После такой кутерьмы клиент (обычно зажиточный горожанин, дворян Меллиса побаивалась) уже и не помнил, как он уцелел, чего хотел до встречи с бандитами, и тем более не интересовался, куда делась девка, которую он обнимал полминуты назад. А Меллисс каждый раз жаловалась, что у нее от этого визга а-ля Вивианн голос пропал и такая работа очень вредна и вообще, кошелек не стоил усилий, потраченных на него.

Однако, как бы ни было, дела шли неплохо. Полезных знакомств в парижской среде Меллиса завела множество. Много раз ее банде предлагали покровительство более могущественные коллеги. Ее звали в более престижные кварталы. Говорили, что такому юному дарованию не место на задворках.

— Юному дарованию не место в полиции, — возражала Меллиса. — Я уступаю дорогу мэтрам. Здесь, в Исси, мне спокойнее.

Втихомолку Меллису называли "Провинциалкой", кто с завистью, кто свысока. Но ее стаю приняли как своих. Многие, даже пожилые мэтры преступного мира удивлялись ее благоразумию. Они ставили Меллису в пример своим юным, чересчур горячим и самонадеянным ученикам.

Меллиса, войдя в Париж, не поскупилась отдать весь свой золотой запас из бархатного кошелька на установление полезных знакомств. Она щедро оплатила безопасность и независимость стаи и свою собственную. Меллиса умела считать. И справедливо считала, что двести экю*, которые она постепенно раздала — огромные деньги. Но если не отдать их сейчас, к этому запасу не прибавится ни сантима. А впереди зима и орда голодных конкурентов в любой подворотне. Меллиса знала, что слишком многие на свете сильнее нее, тринадцатилетней девочки без покровителей и родных. Но она не могла допустить, чтобы все они были еще и умнее. Неудивительно, что старые пройдохи, видя холодный расчёт и деловую хватку острых жемчужных зубок у столь юной особы, ставили ее в пример своим питомцам. И предрекали ей грандиозное будущее.