Вперед [сборник litres]

Подойдя к Меридит, я обнимаю ее за талию и нежно кусаю за шею. Она напряжена, однако в последнее время это обычное дело.

Раньше Меридит регулярно спрашивала у меня, как дела с Макс, и хотя я не могла раскрывать все, что мы делали, меня радовал ее интерес, радовала возможность поделиться с ней своими растущими опасениями и частыми победами.

– Мы решили поместить Макс в тело, – говорю я.

Меридит смотрит на меня, и я вижу, как у нее в глазах мелькает что-то похожее на ревность.

– Зачем?

– Это моя идея. Интеллект Макс растет. А мы держим ее взаперти, без контактов с окружающим миром.

– Если не считать тебя.

– Да, но я до сих пор не придумала, для каких задач запрограммировать Макс. Вот над чем я сейчас работала. Я подумала, что если Макс сможет воспринимать физический мир, как мы, тогда, когда я наконец загружу в них систему ценностей и конечных целей – совпадающих с общечеловеческими, – они поймут и определят свое место, потому что, образно говоря, им придется пройти целую милю в наших ботинках.

Сю валит розовую гориллу на землю и заливается громким смехом, а существо кричит:

– Твоя взяла! Твоя взяла!

Меридит перезапускает игру, Сю поднимается на ноги и начинает гоняться за голубой гориллой, появившейся у забора.

– С сенсорными датчиками и всем остальным? – спрашивает Меридит.

– Тебе знакома компания «Макси-чувства»?

– Слышала о такой.

– Брайан недавно ее купил. Так что теперь у нас есть технологии органов чувств следующего поколения.

– То есть…

– Искусственный вкус, искусственное обоняние, зрение, осязание и слух. Все то, чем обладаем мы, но только значительно более тонкое. Более примитивные модели механических органов чувств уже используются в робототехнике, но они еще никогда не объединялись вместе с таким мощным искусственным интеллектом, как у Макс.

– И ты полагаешь, это сделает человеком?

Меридит знает, как мне режет слух, когда она говорит о Макс как о неодушевленном предмете.

– Макс никогда не станет человеком. Я это прекрасно понимаю. Но я полагаю, что если они научатся воспринимать окружающий мир, как мы, возможно, это поспособствует тому, что у них сформируются жизненные взгляды, совпадающие с нашими…

– Господи, ты наконец перестанешь называть ее «они»?

– Макс попросила меня называть ее «они», – говорю я, стараясь сдержаться.

Меридит закатывает глаза. Сю забирается по лестнице на горку, где сидит смеющееся голубое существо, дразня ее.

– Что с тобой? – спрашиваю я.

Ветер размазывает по щекам Меридит слезы, навернувшиеся в уголках глаз.

– Я устала слушать про твою работу! Устала слушать про Макс! Устала от того, что именно это, а не твоя семья, занимает такое важное место в твоей жизни! И больше всего мне хочется, чтобы ты интересовалась своей семьей хотя бы вполовину так, как ты интересуешься своим роботом! Вот что со мной.