Вампиры не стареют: сказки со свежим привкусом [сборник litres]

Она смотрит на меня пронизывающим ясным взглядом.

– Ух ты, – сдерживая дыхание, говорит она, и выражение ее лица слегка меняется. – Ты и вправду думаешь, что мы все жадные до крови монстры? Не все из нас беснуются в городах, словно толпа парней-подростков в Интернете без родительского контроля.

– Но тебе же для жизни нужна человеческая кровь, так ведь? Так. Конец. Кроме того, ты явный нарушитель соглашения Дома воскрешения.

– Тебе ведь нужна еда, чтобы жить, верно? Но ты не крушишь каждый продуктовый магазин в зоне видимости. У тебя есть приемы пищи. Ты ешь приготовленную еду. Для того, чтобы поесть, необязательно впадать в беспамятство. – Ее голос дурманит. Даже очаровывает. Но мне всё равно приходится сдерживаться, чтобы не ударить ее.

– Ты не единственная, кто хочет быть обычной девочкой-подростком, – произношу я, и моя бдительность потихоньку ослабевает. Кроме того, я в любом случае не могу убить ее на глазах у всех этих людей.

– Поэтому большой страшный охотник оказался капитаном команды по чирлидингу в коротенькой юбчонке? Она просто хотела быть нормальной девочкой?

– Как ты поняла, что я капитан?

– От тебя пахнет превосходством, – говорит она.

– Серьезно? – Надо признать, я пока еще много чего не знаю о вампирах.

Она издает мелодичный смешок, откидывая голову назад и выставляя напоказ свою длинную шею, на которую надет пластиковый тату-чокер, подобный тем, что продаются в моллах. Я помню, как украла упаковку с такими из магазина Claire’s, когда мы с Пич ездили на экскурсию в Даллас в средней школе.

– Не в буквальном смысле, – говорит она. – Но со стороны ты кажешься девушкой, которая либо возглавляет, либо вообще не участвует.

– Ух, – отвечаю я с искренним смехом. – Это даже слишком близко к правде.

– Ну, и к тому же у тебя на толстовке написано «Капитан».

Я опускаю взгляд на нашивку курсивом у себя над сердцем.

– Туше.

Она кладет руки себе на колени и закрывает глаза, становясь совершенно беззащитной.

Я ощущаю себя ученым-бихевиористом, и это мой единственный шанс изучить мой объект. Мимолетное мгновение.

– Можно задать тебе вопрос?

– Что будет, если я отвечу «нет»?

– Я всё равно спрошу.

– Конечно, спросишь, – говорит она.

– Сколько тебе на самом деле лет?

Она улыбается с закрытыми глазами.

– Что, если я скажу тебе, будто мне сотни – нет, тысячи лет? Получится отличная история, правда?

– Ты так и не ответила на вопрос.

Ее улыбка тает.

– Моему телу навсегда семнадцать. Тем не менее мне уже восемнадцать лет и сто восемьдесят четыре дня. Ты разочарована?

– Ну так. Вампир это вампир это вампир[6].

– Охотник это охотник это охотник, – в ее голосе явно сквозит отвращение.

– Эй, я всё еще жива, – напоминаю я ей.

– Знаешь, я ведь тоже не просто проснулась однажды, решив стать вампиром. Меня вероломно лишили моей человеческой сущности. Я продолжаю жить так, как умею. – Она произносит это бесхитростно. Невинно.