Электронная книга - «Scrappy fragments (СИ)». Краткое содержание книги:
– Как знаешь.
***
С какого-то момента кот приходит к нему в кровать уже каждую ночь. Ложится, греет, отгоняет кошмары. Не всегда справляется, но заглушает их по мере сил.
***
– А не стоит ему протез сделать? – участливо спрашивает Тони, когда Стив приходит с котом в мастерскую.
Днем он крайне редко покидает комнату Стива, а если и решается на такой шаг – в основном у него на руках. И Стив беспокоится, что такой образ жизни скажется на его кругозоре.
– Нет, не думаю, что это хорошая идея.
– Зря, – Тони вытирает руки о полотенце и качает головой. – Был бы у тебя кот-киборг. Добавил бы изюминку твоему нынешнему образу.
– А так мне изюма не хватает, – усмехается Стив и поспешно уходит, пока в голову Тони не нагрянули новые прорывные идеи. Обычно у него их в избытке.
***
– Тор прав, на самом деле. Я очень скучаю. И ты мне очень нужен, – однажды сообщает он коту, и тот, конечно, все понимает. Просто в данный момент не может ничем помочь. – Может быть, он скоро вернется, и мы со всем разберемся, как думаешь?
Кот молчит в ответ. Он вообще не очень разговорчивый.
***
Когда кот исчезает из его комнаты, Стив даже практически не удивляется.
– Камеры ничего не зафиксировали, сэр, – сообщает ДЖАРВИС, и складывается впечатление, что в интонации искуственного интеллекта сквозят печальные нотки.
Стив, конечно, обыскивает всю округу. Благо – сил у него на это в избытке, да и время есть, пока над городом не нависла очередная невообразимая угроза.
Кота нигде нет, и это не удивительно. Он сам по себе. Будь это действительно Баки – у него есть право идти, куда вздумается. Да и у обычного кота, пожалуй, тоже.
В комнату Стив возвращается совершенно измотанный. Впервые она кажется ему такой же чертовски пустой, как в ту ночь, когда он встретил в холле Тора.
И да, опустошение – именно то слово, которое описывает его состояние после исчезновения кота.
***
Когда после изнурительных поисков Стив возвращается к себе на следующий день и обнаруживает в комнате обоих – и Баки, и кота – на некоторое время он теряет дар речи и проваливает все отрепетированные варианты начала разговора с Баки, которые у него были припасены.
Выглядят оба так, словно побывали в отчаянной драке посреди узкой подворотни, из которой никто так и не вышел победителем. Благородная ничья стала временной вынужденной мерой.
У Баки на щеке внушительная царапина, костяшки в крови, да и прическа оставляет желать лучшего.
– Я так понял, что вот он, – произносит Баки, видимо решив, что пауза уже излишне затягивается, и кивает на кота, – по какой-то необъяснимой причине тебе крайне дорог. И эта паскуда еще и умудрилась от тебя сбежать. Так что вот – притащил его тебе в качестве хорошего повода начать разговор.
Стив отодвигает себе стул и садится. У Баки нет необходимости вообще искать какой-то повод начинать с ним разговор. Но повод правда хороший, этого не отнимешь.
Кот смотрит на Баки взглядом, в котором ясно читается, что это еще большой вопрос – кто из них кого и куда притащил.
– Он… правда мне очень дорог. Но если я расскажу тебе – почему, ты скорее всего уйдешь и уже больше не вернешься. Как ты сюда прошел, кстати?
– Это было непросто, тут, конечно, хорошие охранные протоколы. – Баки замолкает на мгновение, как будто готовится к чему-то, делает аккуратный шаг в сторону Стива. – А что касается моего ухода. Стив, я не хочу никуда уходить. Мне очень нужно было увидеть тебя.
Когда Стив заключает Баки в объятия, ему кажется, что не так уж и зазорно поставить в комнате небольшой скандинавский алтарь. Не очень заметный. Раз уж сам Тор к ним давно не наведывается и поблагодарить его лично – довольно затруднительная задача.
– Ладно, я так понял, вы тут вдвоем живете. И как зовут мохнатое чудовище?
– Баки…
– Стив, ты сейчас ко мне обратился или?.. Ой, нет, ну только не это!
========== Каприз ==========
У Баки есть тьма причин, по которым им со Стивом нужно держаться друг от друга подальше. Точнее, это Стиву нужно держаться подальше от Баки. Но если преподнести ему эту мысль в таком виде, он точно перейдет в режим непробиваемого упрямства, и никакие доводы работать не будут. Баки ли не знать.
– Если выйдут на одного из нас…
– Вдвоем проще защититься.
– Если я потеряю контроль…
– Я легко смогу тебя остановить.
– Я практически убил тебя в прошлый раз…
– Я тебе поддавался. Как ты мог не заметить?
Разговоры по кругу, долгие и бессмысленные. До очередного привала, до нового укрытия.
Проще всего сбежать от Стива в какой-то момент. Исчезнуть в толпе. Но Баки прекрасно знает, что поступить так ни за что не сможет. Не со Стивом. Не после того, как признался, что помнит его.
– Это все, знаешь, похоже на каприз. Твой каприз. Мне было бы намного проще скрываться в одиночку.
Стив в ответ смотрит на Баки с легкой улыбкой. Качает головой.
– Да, капризов у меня много, надо признать. Но, видишь, они все почему-то выливаются во что-то довольно неплохое.
– Я ведь не говорю, что это навсегда. Пройдет время, все немного уляжется…
– Не хочу больше ждать. Я слишком долго ждал.
– У тебя какая-то очень сложная форма стокгольмского синдрома, Стив.
Стив в ответ только пожимает плечами. Он почему-то считает, что у него все замечательно.
*
Баки совсем не стыдно однажды залезть в его телефон. Может быть, только самую чуточку.
Стив сам обещал ему показать и рассказать что угодно. И Баки скучно его ждать. И хочется еще немножко посмотреть на его жизнь перед тем, как все закончится.
Баки не хочет видеть или читать ничего лишнего. Просто посмотрит фотографии.
Ведь Стив фотографирует жизнь – как ее видит.
Например, у него есть фотография с Наташей Романовой, которой Стив доверяет, и Баки этого вполне достаточно. Есть фотография с Сэмом Уилсоном, которого Стив считает крайне надежным парнем, и Баки остается только соглашаться. По крайней мере, вокруг него будут хорошие люди.
Он задумывается на мгновение, как и когда эти фотографии были сделаны. Они попросили случайного прохожего? Мы тут с Черной Вдовой хотим сфотографироваться на фоне вот этой скамейки, не могли бы вы нам помочь?
У Стива есть аж две очень яркие фотографии заката, точно сделанные собственноручно.
У него вообще чертовски лаконичная галерея для человека, который на своем веку повидал инопланетное вторжение и восстание искусственного интеллекта.
Маленькая девочка бесстрашно обнимает Брюса Беннера посреди коридора, очень напоминающего больничный. Есть еще пара фотографий с миссий. Баки практически уверен, что их делал не Стив, скорее, их ему просто переслали.
Аж три городских пейзажа.
Еще одна фотография с Черной Вдовой.
И две фотографии самого Баки.
Первую он изучает с искренним удивлением. Он на ней – само воплощение недовольства. Сердитый, сосредоточенный, смотрит куда-то в сторону.
Он понятия не имеет, когда она была сделана. Слегка смазанная, без малейшего намека на художественность, даже если прищуриться и смотреть с расстояния вытянутой руки. Этот, сделанный втихую, снимок действительно заслуживает свое почетное место среди остальных десяти избранных фотографий?
На второй фотографии он спит.
Почему-то в этот момент становится за Стива чертовски обидно (и еще совсем чуть-чуть за то, что в гонке популярности победили городские пейзажи). Получается, если Баки уйдет, это все, что Стиву останется? Куча проблем, несколько еле заметных шрамов и две фотографии сомнительной ценности? Сделанные так, чтобы Баки не заметил. Где на одной он недоволен, а на второй спит.
На секунду становится не совсем понятно, кто из них все-таки капризный. Стив, который настаивает на том, что они обязательно должны держаться вместе вопреки здравому смыслу, или Баки, который хочет от Стива уйти, оставив его с этими несчастными фотографиями.